Эта мысль растревожила Нимандера. Богиня отвернулась. Ее уход оставил пустоту. Может ли нечто столь чуждое, как Умирающий Бог, надеть Незримый Венец? Кто захочет кланяться подобной твари?

Трудно вообразить в такой роли Аномандера или любого Тисте Анди, знакомого Нимандеру и его друзьям. Послушание никогда не считалось среди Анди высокой добродетелью. Чтобы последовать за кем-то, нужно освободиться, с чистым сердцем и в здравом уме выбрать владыку, решить, что он достоит служения. Слишком часто официальная иерархия прикрывает несовершенства правителя. Титул и ранг не всегда соответствуют истинной добродетели и даже меньшим достоинствам.

Нимандер лично убедился в пороках иерархии. У малазан, в отлученной армии Охотников за Костями, много офицеров, которым он ни за что не стал бы подчиняться. Некомпетентные мужчины и женщины — о, он знает, как избавляются от этих сорняков, какая неформальная судебная практика процветает среди солдат — нож в спину и точка. Такой обычай кажется ему весьма опасным. Но это же обычаи людской расы, не Тисте Анди.

Если Скол и захвативший его Умирающий Бог искренне верят, будто смогут покорить Мать Тьму или хотя бы избранного сына, правителя Анди Аномандера Рейка — их план обречен на неудачу. Но он мог вспомнить, как сладко завлекает Сэманкелик. Есть разные пути к обретению власти, к добровольному подчинению.

«Вот почему я не могу рассказать. Почему молчит Араната. Мы должны добиться, чтобы Скол недооценил нас, продолжил считать дураками. Возможно, в нужный миг кто-то из нас окажется рядом. Чтобы нанести удар. Чтобы поймать его … их… неготовыми.

Возможно, Аномандеру Рейку и прочим в Черном Коралле не стоит бояться Скола и Умирающего. Возможно, они сметут их одним движением руки.

Но я не могу быть уверен.

Правду сказать, мне страшно…»

— Вижу воду.

Нимандер вздрогнул и обернулся к Скиньтику. Кузен не пожелал глядеть ему в глаза.

— Там, где долина идет вниз, на востоке — думаю, это тот глубокий Залив, о котором рассказал Скол. На северном берегу должен стоять Черный Коралл.

Скол также встал на краю обрыва и смотрел на туманную долину. Они почти вышли из-под облачного свода. Большая часть хребта оказалась слева, к западу. Ближайший склон был серым и бурым, его поверхность пятнали лишь немногочисленные бараны, щиплющие травку в расселинах.

Скиньтик сказал воину: — Похоже, Скол, нам предстоит большой заплыв.

Тот обернулся. Зазвенела цепочка с кольцами. — Мы найдем путь. Пора идти, пока не стемнело.

— Куда вы спешите? — спросил Скиньтик. — Путь вниз окажется опасным, особенно в полутьме. Зачем нам падать и… — Скиньтик не закончил.

«И ломать шеи».

Последовало неуютное молчание, только кольца клацали — словно кто-то жует камни.

Еще миг — и Скол отступил от края, продолжил путь вниз.

Нимандер двинулся следом, однако Скиньтик схватил его за руку и развернул.

— Хватит, — прорычал он. Ненанда встал рядом, Десра вскоре подошла к ним. — Мы хотим знать, что творится.

— Она не просто упала, — сказал Ненанда. — За дураков нас держишь, Мандер?

— Не за дураков, — нерешительно отозвался он. — Но мы должны играть дураков… еще немного.

— Он убил ее, так?

Нимандер заставил себя скрестить взор со взором задавшего вопрос Скиньтика, но ничего не ответил.

Ненанда зашипел и сверкнул глазами на Аранату, стоявшую в сторонке. — Ты должна была что-то учуять!

Брови ее выгнулись дугой: — Почему ты так считаешь?

Казалось, он кинется на нее с кулаками; но она не дрогнула, и через мгновение на лице Ненанды читалось полное отчаяние. Он отвернулся от всех.

— Он не тот, кем был раньше, — заявила Десра. — Не чувствую в нем… влечения.

Она говорила, разумеется, о Сколе. Да, никто из них не глуп. Однако Нимандер молчал. Выжидал.

Скиньтик не выдержал взора Нимандера. Мельком поглядел на Десру и сделал шаг назад. — Дураки, сказал ты. Нужно играть дураков.

Ненанда снова поворотился к ним. — Чего он от нас сейчас хочет? Чего вообще хотел? Тащит за собой словно ручных собачек. — Он уставился на Десру. — То и дело заваливал тебя на спину, чтобы поразвлечься — а теперь такое? Похоже, ты ему наскучила. И ладно.

Она не подала виду, что эти слова обидны. — С самого момента пробуждения. Думаю, это не скука, уже не скука. Но смысла не вижу.

— Потому что, — вмешался Скиньтик, — он все еще презирает нас. Да, понимаю тебя, Десра.

— Так чего он хочет? — снова крикнул Ненанда. — Зачем мы еще нужны ему?

— Может, не все нужны, — сказал Скиньтик.

Тишина.

Нимандер наконец подал голос: — Она совершила ошибку.

— Бросила вызов.

— Да. — От отошел от Скиньтика и посмотрел на ожидающий их спуск. — Мой авторитет оказался легковесным. Я советовал ей молчать, оставить его.