И Мариса ушла, оставляя Александрию думать, что же она имела в виду. Но быстро взяв себя в руки, Сандра пошла к королеве.

– Ты меня вызывала?
– спросила она, входя в комнату и подходя к камину.

– Как ты себя чувствуешь?
– спросила Надия, внимательно глядя на Сандру и замечая, как та морщится, когда лишний раз шевелит рукой.

– Нормально, - бросила Сандра, в то время как сама устраивалась в кресле и королева решила не спорить: Сандра была нужна ей.

– У меня есть для тебя работа, - посмотрев в последний раз на женщину и переводя взгляд на огонь в камине, бросила Надия.

– Тогда рассказывай – предложила Сандра глядя на королеву.

А потом, слушая о цели своего задания, совсем забыла о том разговоре, не ожидая, что еще не раз вспомнит о нем. Проклиная все на свете за то, что тогда не вмешалась и не помешала фаворитке.

Две недели спустя.

Она прижимается к нему, и ее тело сводит его сума. Он тянет ее лицо к себе. Их губы встречаются, и он теряет над собой контроль. Он прижимает ее к себе и переворачивается так, чтобы она была под ним. Его руки рвут на ней одежду, и вот уже он в ней. Какая же она влажная и теплая, она принимает его, обхватывает ногами и руками, прижимает к себе сильнее. Он слышит ее вскрики и стоны, и упивается ими, погружаясь все глубже и глубже, мечтая никогда не покидать этих ножен. А потом резко зажигается свет, и он видит клеймо в виде розы, которую обвила змея на ее плече, и змей ползающих вокруг них.

Резко подскочив, Джулиан открыл глаза и огляделся вокруг. Рядом спала его нынешняя любовница, но она больше не возбуждала его, и он уже думал заканчивать эти отношения. Черт!

Он никак не мог забыть эту лживую заразу. Клеймо убийцы и обманщицы, развратницы, использующей все средства. И она воспользовалась и им! Как же он ее ненавидел!

Выругавшись, Джулиан надел штаны и начал надевать рубашку, когда услышал капризный голос любовницы.

– Ты куда-то собираешься, дорогой?
– спросила она, потягиваясь на кровати и не стесняясь своей наготы выгибая спину.

Посмотрев на нее, Джулиан вдруг вспомнил о том, чтобы переспать с ней ночью, ему пришлось представить на ее месте совсем другую женщину. И как же было умопомрачительно приятно себя обманывать, ведь в темноте все кошки серы. Б..дь, он хотел только одну женщину, а она оказалась клейменной!

Господи, что же она с ним сделала?!?

– Да, я уезжаю на свадьбу к сыну друга, - ответил он ей.

– И ты только сейчас мне об этом говоришь!
– воскликнула она, подскакивая и начиная метаться по комнате.
– У меня же ничего не сложено, а я не могу ехать без вещей!

– А ты и не едешь Марго, - ответил он, идя к двери.

– Что значит не еду? Ты же мне обещал взять меня с собой!
– взвизгнула девица.

– Не помню такого, - ответил он и, открыв дверь, вышел прочь.

Он слышал, как что-то ударилось о закрытую дверь, но ему было все равно. Марго перестала для него существовать, как и другие женщины, а все из-за синеглазой богини, с клеймом дьявольского отродья. Поэтому уже через пятнадцать минут его лошадь мчалась по мостовым столицы в сторону имения друга. Добрался он достаточно быстро, так как скакал весь день, стараясь не думать о своей мучительнице, но все равно так и не смог выбросить ее из головы.

Едва он слез с лошади, как к нему на встречу вышел де Рено.

– Привет, как добрался?
– пожимая ему руку, спросил хозяин дома.

– Нормально, - улыбнулся Джул, но глаза его остались пасмурными и пустыми.

– А выглядишь не очень, - покачал головой де Рено

– И ты знаешь почему!
– зло глянул на друга Джул.

– Месть - это не всегда то, что нужно, - покачал головой де Рено.

– Возможно, - пожал плечами Джул, входя в дом вместе с хозяином.

Но Себастьян так и остался стоять на пороге и смотреть на друга, а потом вдруг спросил.

– А месть ли тобой движет, или это что-то иное?

– Ты о чем?
– удивился Джул, смотря, как друг подходит и смотрит ему в глаза.

– О страсти и любви, мой друг!
– ответил тот, открывая дверь и входя в гостиную, где уже собрались все члены семьи и гости.

Эта свадьба должна была пройти тихо. Из приглашенных были только один друг жениха и трое друзей отца жениха. Невеста же кроме матери, которая не приехала, никого не пригласила. Наверное, именно поэтому вечер был приятным и спокойным. Спокойным настолько, что Джул забыл о той, кто заставляла его сердце биться сильнее и просыпаться по ночам от желания, страсти и... ненависти!

Но когда стемнело, к дому подъехала карета и из нее вышла одна из фрейлин королевы. Мариса де Блюа - вспомнил Джул ее имя. Напросившись на ночлег, она начала светскую беседу, и Джул, прекрасно зная, о чем обычно эти беседы, даже слушать ничего не стал, но в какой-то момент он вдруг услышал ее слова.

– Говорят, что брак между родственниками - это просто преступление, и я с этим согласна! Но мне все рано жаль эту семью!
– говорила фрейлина. Но по тому, как горели ее глаза, было очевидно, что она стервятник, который радуется возможности откусить кусочек от еще живой добычи.
– Бедная маркиза не знает, что и делать. Брак расторгают, и очень жаль невесту, ведь девушка уже в положении, а ее муж-брат бьется и кричит, что не бросит ее, тем самым ухудшая и без того щекотливую ситуацию. Я слышала, как кто-то из дам шептался, что если бы девушка поменяла фамилию, этого бы не было, но разве это что-то изменит, ведь они брат и сестра и это преступление против нравственности!