Я, усевшись на койку, потащил с себя штаны. Осколок в ноге не остался, он вскользь прошел, распоров бедро как ножом, кровь текла сильно. Виллан, в санитарном деле опытный, наскоро, но аккуратно перебинтовал мне ногу, а потом, заставив стащить рубаху, крест-накрест перебинтовал и грудь со спиной, перекрыв кровотечение, сказав при этом:

– Осколок там у тебя, резать придется.

– Потом резать будем, пока сваливать надо.

С Арио возились Злой и Ниган, замотав тому руку почти что в кокон из бинтов и подвесив на петлю. В процессе перевязки Арио отключился разок, но Ниган сунул ему под нос пузырек с солью, и тот снова пришел в сознание. С улицы между тем уже доносились свистки стражи, так что времени терять было нельзя. Отодвинули стену в шкафу, прошли в тайную дверь, затем все так же аккуратно прикрыли. Очутились в тесном проходе между каменной стеной лабаза и высоким забором. Ключ от замка нашелся под бочкой с водой, Арио указал, и через минуту все выбрались в темный и наполовину пустой склад, в котором сильно пахло мышами. Ящики какие-то вдоль стен, бочек множество, от них чем-то кислым тянет, вроде перебродившего совсем в уксус вина. Где-то даже крысы попискивают.

Все замерли. Арио дышал тяжело, но все еще держался.

– Куда дальше? – спросил я.

– Помогайте! – скомандовал Злой, взявшись ворочать пустые бочки в углу.

К нему сразу подскочили трое, и после того, как несколько бочек откатились в сторону, под ними обнаружился деревянный люк. Злой дернул за веревочную петлю, заглянул в ход, откуда пахнуло землей и сыростью.

– Старший, выдюжишь? – спросил он Арио. – Там вдвоем не протиснешься, идти придется.

– Я на землю сяду, а вы меня за шиворот, – попытался выдавить из себя улыбку Круглый. – Только еще спуститься надо.

Спускаться надо было аршина на четыре, и это оказалось тяжелее всего. Спустили Арио на каких-то старых вожжах, которые сняли с крюка на стене. Там, внизу, его уже Гор, как самый здоровый, за твердый ворот жилета подхватил, потащил по земле волоком, а тот и сознание потерял, на свое счастье. Злой же последним шел, задержался на лестнице для того, чтобы еще люк хоть как-нибудь замаскировать.

Ход бы сделан на совесть. Шли по нему без света, на ощупь, но легко находили и крепления, и мостки под ногами. Потом, шагов через пятьдесят, впереди тусклый свет забрезжил. Оказалось – решетка, сделанная на манер канализационной, по какой сточные воды из города стекают. Увидит кто и даже соваться не станет, зачем оно надо?

Решетка вывела к реке, к мосткам и деревянному длинному причалу, к которому рыбачьи лодки в рядок привязаны были. Тут Злой сразу показал на длинную лодку, что с левого края стояла:

– Эта! Арвин, давай людей на весла!

Пробежали по причалу, таща раненого на руках, забрались кое-как в лодку, не рассчитанную на такое количество людей. Поставили в уключины две пары весел, Злой цепь отомкнул неизвестно откуда взявшимся ключом и оттолкнул нас от причала.

– Давай вверх по течению и ближе к берегу держитесь, – сказал он, усаживаясь. – Верст пять нам грести, там покажу.

– Предал кто-то, – сказал Арио негромко. – Нас явно ждали, слишком быстро организовались.

Он лежал на просторной дубовой кровати, высоко поднявшись на пышных подушках. На столике рядом стоял кувшин воды, вино, фрукты в корзинке лежали. Повязка у него была свежая, из белоснежной марли, а вот лицо совсем измученное.

– Уверен, что не могли случайно заметить? – спросил я. – Кто-то увидел и узнал.

– Времени бы не хватило. Они ведь еще днем успели своего человека поселить, он ставни и открыл. Разве время было бы подготовиться? Когда, говоришь, ты этого бросателя пустых бомб приметил?

– Как с высокосвященным встречались, тогда и приметил.

– Нет, не успели бы они так случайно. Сдал нас кто-то.

Арио повернулся к прикрытому жалюзи окну, лучи света через которое частой гребенкой падали на пол. Я сидел напротив, на широком мягком топчане, следя за тем, чтобы спиной на каменную стену не опереться – всего час как маленький смуглый врач, приехавший на двуколке в сопровождении Злого, вытащил мне оттуда осколок гранаты и зашил рану.

– И кто мог быть?

– Да кто угодно, – поморщился он. – Сейчас не до этого, а если все сделаем как надо… то и без разницы уже будет. Все равно ничего не отменяется, только планы чуть изменились. Хотя узнать хотелось бы, таких наказывать надо.

– Это верно, – сказал Злой, сейчас развалившийся в мягком вытертом кресле и покачивающий ногой в начищенном сапоге. – Не наказав такого, вроде и дурачком себя чувствуешь. А ты точно уверен, что это один из тех, что тогда с вами стрелялись? – спросил он уже у меня.