Его обогнал «Шевроле-блэйзер». Музыка, звучавшая в его салоне, мощным потоком вырывалась даже через закрытые окна. «Как у них там барабанные перепонки не полопаются?» – подумал Алискер о находящихся в джипе.

«Хорошо хоть ужин не надо готовить», – вспомнил он шикарную вечернюю трапезу у Чебаковых. Обогнавший его «Шевроле» с потушенными огнями стоял перед перекрестком. Музыки не было слышно.

Мамедов уже собирался обойти джип, когда задняя дверка со стороны водителя открылась и, вышедший крепкий парень в куртке «пилот» преградил ему дорогу.

– Братан, дай закурить, – развязно спросил он.

«Этого мне еще не хватало», – пронеслось в голове у Алискера.

– Что, махорка кончилась? Я не курю.

– Это плохо, – не отставал парень, придвинувшись почти вплотную к Мамедову, – придется тогда раскошелиться.

– Что?

– Что слышал, лопух, – «братан» стоял, расставив ноги, и поигрывал монтировкой.

«Эти машины монтировками не комплектуются, из всего инструмента к ним полагается только баллонный ключ, значит, припасли специально для „разборок“. Сколько их еще в машине?» – то ли про монтировки, то ли про «братанов» подумал он, нащупывая в левом кармане пальто электрошокер.

Выйдя с правой стороны машины и обойдя ее, сзади, отрезая путь к отходу, приближался еще один «братан», пониже первого, но плотнее и коренастей. В руках у него была обычная милцейская дубинка.

«Еще один за рулем», – подумал Алискер.

И как бы подтверждая его мысли, водительская дверь распахнулась. С трудом выбравшись из машины, на дорогу шагнул необъятных размеров «братанище», с головой, лысой, как яйцо динозавра.

– Не повезло тебе, педрило, – хмыкнул он.

«Во сне такой привидится – не проснешься», – Мамедов еще пытался юморить.

«Пальто будет мешать…» – прикинул он.

– Ладно, ребята, ваша взяла.

Дальше Мамедов медлить не стал. Сделав небольшой шаг назад левой ногой, чтобы дистанция для удара была оптимальной, пяткой правой ноги он коротко, без замаха, ударил бойца с резиновой дубинкой в живот, одновременно доставая из кармана электрошокер.

Парень, выпустив дубинку из рук, которые инстинктивно потянулись к животу, как бы переломился пополам и почти без крика повалился на дорогу, хватая ртом свежий ночной воздух.

«Минуты на две вырубился».

Алискер сделал еще полшага назад, так, чтобы упавшая дубинка оказалась рядом с его правой ногой, и присев, зажал ее в руке. Краем глаза наблюдая, как парень с монтировкой, надвигается на него, опуская свое оружие ему на голову, он в полуприседе ушел из-под удара, саданув нападающего дубинкой по голени.

Истошно завопив, распугивая в округе всех бродячих собак, парень упал, как подкошенный и начал кататься по земле, держась за поврежденную ногу.

Монтировка на излете все-таки зацепила Мамедова за плечо, но в пылу борьбы он не почувствовал особой боли. С хозяином монтировки было хуже.

«Может быть перелом», – неагрессивный по натуре Алискер успел даже пожалеть неудачливого грабителя.

Лысый монстр, расставив руки в стороны, казалось, с невозможной для него прытью. приближался к Алискеру. Мамедов успел шагнуть в сторону и даже ударить толстяка дубинкой по корпусу, но тот даже не заметил удара. Уцепив своей ручищей Алискера за лацкан пальто, он увлек его за собой, и, поскользнувшись, покатился вместе с ним под уклон.

– Ну, все, молись, сука, – просопел он с одышкой, смыкая свои железные пальцы на шее Мамедова.

Алискер попытался разжать их, но они лишь сильнее сдавили его горло. Он скосил глаза в сторону, где, по его расчетам должен был лежать электрошокер, который он выронил при падении. «Есть!» Каких-то десять сантиметров разделяли кончики его пальцев от спасительного прибора. Он рванулся в нужном направлении, но сумел только наполовину сократить расстояние. Еще рывок. И вот уже пальцы коснулись пластиковой поверхности, нужно сдвинуться еще хотя бы на пять сантиметров чтобы зацепить рукоятку электрошокера.

Силы стали покидать Мамедова, на глаза упала серая пелена. Неимоверным усилием выгнув грудь, он смог приподнять прижимавшую его к земле сопящую тушу и на ощупь схватить прибор. Прижав его к ребрам гиганта, уже в полной темноте он что было сил надавил на кнопку…

Ночной звонок Алискера лишил Вершинину сна. Услышав голос своего секретаря-референта, она безошибочным женским чутьем почувствовала, что случилось что-то неладное. Выслушав сжатый (Мамедов не любил жаловаться) рассказ о совершенном на него нападении, Вершинина прошла в комнату сына.