Максим спал, лежа на спине. Валентина Андреевна заботливо поправила сбившееся набок одеяло и, прикрыв форточку, вернулась к себе.

Сообщение Алискера задало ее размышлениям новый вектор. Всю ночь она ворочалась в постели и заснула лишь под утро. Сочинение, конечно, осталось непроверенным. Когда она проснулась, сына дома уже не было.

«Через пятнадцать минут подъедет Болдырев, а ты еще в неглиже», – покритиковала себя Вершинина. Поставив чайник на огонь, наскоро умывшись и причепурившись, она распахнула платяной шкаф. Быстро пробежав пальцами висевшие на плечиках туалеты, она выдернула вешалку с темно-серым деловым костюмом.

Конечно, Вершинина могла дать себе слабинку, Болдырев в любом случае ждал бы ее, но она просто не любила опаздывать. Валентина Андреевна уже допивала чай, когда раздался звонок в дверь.

– Проходи, Сергей, через пять минут я буду готова, проспала сегодня, – сказала она, впуская Болдырева в прихожую.

– Солдат спит – служба идет, – ответил Сергей, намекая на то, что он никуда не торопится и может ждать хозяйку сколько угодно.

– Чайник горячий, если хочешь, наливай себе.

Вершинина исчезла за дверьми спальни, а Болдырев не спеша прошел на кухню. Он не успел еще допить чай, как Валандра вышла в прихожую. Она села на пуфик и сунув ноги в сапоги, застегнула молнию.

– Ну что, по коням? – привстал Болдырев, увидев, что Вершинина повязывает шарф.

– Ты допивай, не спеши, я еще обувь протру, сказала Вершинина в глубине души досадуя, что не сделала этого с вечера, как все нормальные люди.

Впрочем, слово «нормальный» наводило на нее уныние.

Напоминая о приближении весны, с утра опять звенела капель, но солнце все еще не казало глаз, живя как бы само по себе, скрытое за густой ватной пеленой грязно-белых облаков. С крыш то тут, то там съезжали огромные пласты смерзшегося за зиму снега, хрустальные свечки сосулек, быстро оплывая, рассеивали в воздухе холодную водяную пыль.

– На Мамедова ночью было совершено нападение, – сказала Вершинина, когда Болдырев, вывел «Волгу» со двора.

– Нападение?! С ним все в порядке? – встревожился Сергей.

– По его словам – да, но я чувствую, что не совсем, – с сомнением в голосе сказала Вершинина.

– На работе-то он сегодня будет? – озабоченно спросил Болдырев.

– Сказал, что будет. Поглядим на нашего героя. Говорит, от трех отморозков отбился, это с его-то бараньим весом, – не могла скрыть восхищения Валандра.

– Где это случилось?

– Да недалеко от его дома. Он уже поставил машину на стоянку и шел к себе, а тут эти придурка на джипе подкатили, сначала спросили закурить, а потом за монтировку схватились, – Валандра тяжело вздохнула и покачала головой, – вот подонки!

– А где же это он по ночам шляется? – с налетом фамильярности поинтересовался Болдырев.

– По делам шляется, – поддерживая его шутливый тон, ответила Валентина Андреевна.

– Не хотите – не говорите, – сделал обиженную физиономию Сергей.

– Он тебе сам все расскажет, мы уже приехали, – успокоила его Вершинина.

Вершинина стремительной поступью направилась к своему кабинету, где ее уже поджидал вполне оправившийся, но выглядевший усталым Алискер.

– Привет, герой, – поздоровалась вошедшая Валентина Андреевна.

– Доброе утро, – немного смущенный таким обращением, ответил Мамедов.

– Что-то никого не видно, – Вершинина заняла свое место за столом.

– Все уже выехали на задание, – рапортовал Мамедов, – Маркелова я отправил к Зернову, Антонова-старшего – на поиски новой подружки Федорова, а сам вот хочу съездить к Зотову и Симягину, а потом и к Коломийцу наведаюсь.

– Коломийца я беру на себя. А теперь расскажи-ка мне поподробней о твоей вчерашней схватке, – Вершинина с прищуром взглянула на Алискера.

– Да что тут рассказывать? – улыбнулся он.

– Ты, конечно, парень что надо, – похвалила Вершинина Алискера, проявлявшего прямо-таки детскую застенчивость и даже растерянность, когда речь заходила о его реальных достоинствах и неординарных способностях, – но я не просто так, как ты понимаешь, тебя прошу все обстоятельно изложить. Мне необходимо себе ясно представить эту картину. Кто знает, может, в дальнейшем она поможет нам связать разные концы во всей этой истории.