– О! Мудя! А давай потом мы накрасимся и припремся туда, и скажем, что уже на них в суд подали, и они облажались, потому что я при смерти лежу и они поплатятся за все, - упивалась воображаемой местью Подстилка.

– Не-а, че с дураков возьмешь! Запомни, с мышами лучше не связываться. Говно не трогай – вонять не будет! – сказал Мудя знаменитую фразу Рулона.

– Нет!
– желчно наседала Подстилка.
– Они должны знать, с кем связались, пусть поплатятся за все мои страдания!
– бесилась дура. – Хули они такие безнаказанные! Суки! Пусть знают, с кем связались! Мы им покажем! Хули всякое быдло на нас ездит!

– Ну ладно, - вяло согласился Мудя, больше всего озабоченный в тот момент тем, что сейчас ему придется возить на себе толстого свиного мусора.

Тут на горизонте замаячила жирная ряшка тупого мусора, и Мудя, отождествленно виляя хвостом, принялся ловить тачку. Загрузившись в машину, они поехали в магазин. Подстилка, вместо того, чтобы останавливать мысли и ловить момент для просветления - наблюдать за трением частей, упорно продолжала завнушивать себя, что раскаяться перед толстыми курами – это ей раз плюнуть, она еще не такое видывала, и сейчас так раскается, что они охуеют. Полоумный ум решил, что раз выебываться нельзя, значит нужно оставить о себе след в истории по-другому. «Ну они у меня подавятся, - бесилась Подстилка, - я как грохнусь на колени, как завою, как зарыдаю, им мало не покажется!!!»

Тачка остановилась перед магазином, и мент гордо выперся, сказав им подождать. Прошло 5 минут, 10, 15 – лысого пидора так и не было.

– Я пойду подслушаю, - предложила Подстилка.

– Давай, - еле выдавил серо-зеленый Мудя. Он опять сидел и воображал, как хуево живется петухам на зоне.

Подстилка незаметно подкралась к двери магазина, впрочем, близко подходит даже не было нужды, так как вой ненавистных ей кур было слышно за много метров.

– Они говорят недоказуемо и все!!! – бесилась самая жирная. – Но как так недоказуемо, если мы видели эти книги в ее руках??!!!

«Нихуя себе, - села на измену Подстилка. – Вот суки! Ну все, вам конец, жирные твари!
– забесилась она, сгорая от желания ворваться в магазин и отпиздохать всех уродов. – Допиздитесь у мен-я-я-яя!!!!», - сжимала она кулаки, прыгая на месте.

Отдавшись во власть маразматического ора своего ума, дура не заметила, что мент уже выперся из магазина и тупо смотрит на нее, лупая беньками.

– Ой! А я в аптеку вышла, - приняв наивный вид, пропищала она. – Мне лекарство надо от сердца. А Вы уже все? Да? А я сейчас плиду, - расплылась она и побежала в аптеку делать вид, что покупает лекарство.

Усевшись в машину мент заявил:

– Ты, это, давай теперь в Мид.

– Ага, - пробурчал Мудя. В душе у него творилось нечто невообразимое. Денег у него и так нихуя не было, а теперь вози этого дурака еще и паспорт не отдает, сука!

Мент сидел явно пригруженный, а Подстилка радовалась во всю мочь своей никчемной душенки, радостно неся всем отсутствующим какую-то ересь.

– Ви их купили? – вдруг спросил мент.

– Кого? – радостно вылупилась на него Подстилка.

– Следователей, - буркнул мусор.

– Не-ет, что Вы? – заверила его Подстилка.

– Сколько вы им дали? – наседал тупорылый.

– Нисколько, - радостно пропищала дура.

Мусор покачал головой и заткнулся. Мудя толкнул Подстилку в бок и мотнул головой на мусора.

– А вы знаете, - начала она, вспомнив недавний приказ Муди, чтобы она запугивала мента в машине разговорами о высокопоставленном папочке-юристе, - скоро мой папа из Италии приедет. Он очень известный адвокат! Та-а, - мечтательно пропела она.

– Да-а? – включился в разговор шофер. – И че, как там дела в Италии? Я тоже там бывал.

– Ну-у, я не-е знаю, - пропела Подстилка, внутренне бесясь на шофера, так как она нихуя не знала, как там дела, - мой папа ад-во-кат, - по слогам произнесла она, пытаясь подействовать на мусора. – Там мусульмане воюют, - ляпнула она первое, че взбрело в безмозглую бошку.

– Да-а-а???! – охуел шофер.

– Ага! – радостно подтвердила Подстилка, как ни в чем не бывало. Уж пиздеть с уверенным видом она умела с самого детства, т.к. быстро просекла тему, что, когда она говорит правду – ее ругают и хуярят, а когда она врет – ее не трогают и даже нахваливают. Однажды, когда ей было пять лет, она ебнулась со шкафа и случайно разбила любимую напольную вазу свиноматки.

– Что здесь случилось?! – заорала мамаша, влетая в комнату.

– Ой, мамочка, прости, - залепетал выродок, - я случайно на нее упала и порезалась, - доверчиво протягивая тощую ручонку, пролепетал выпиздыш, ожидая прощения. Но вместо этого свиноматка со всей дури врезала своей любимой доченьке по лицу:

– Растяпа!!!

Через полгода, Подстилке опять не посчастливилось разбить очередную напольную вазу, которыми был завален весь их дом так, что нельзя было даже спокойно пердануть.