– В каждый-каждый унитаз

Ты смонтируй фотоглаз.

Будешь знать, моя зазноба,

У кого какого цвета жопа.

– Ой, мама, а ведь ругаться нехорошо.

– Но ведь это стихи. И все поэты матершинные стихи писали, а я чем хуже?

А зачем все это?

– Глупая, ты ничего не понимаешь! Эти стихи я написала про директора нашего института «батяню», Морозова, то есть.

– А почему его зовут «батяня»?

– Ну, потому что он такой институтище на себе тянет, - немного задумавшись, ответила погань, - заботится о всех нас. Премиальные там всякие и даже поквартальные выписывает

– А-а-а… - неопределенно протянула Рыба.

– Ну, а еще он нам здание новое такое отгрохал. Вот за это ему спасибо огромное! Молодец, тятя!

– А зачем старое здание было плохо?

– Да ты что?! Это же курятник какой-то был. Старый двухэтажный, прогнивший такой. А он нам новое шестиэтажное здание построил. Выбил деньги где-то, ты представляешь?! При нашей-то бюрократии, при совке! Да ему просто памятник за это поставить надо! Прямо при его жизни! Перед входом в этот институт! Молодец, батяня!

– Слыш, мам, а может тогда не стоит про него такие стишки писать, если он такой хороший? А?!

– нет!
– Тут - же наотрез возразила погань. Писать надо, но про другое!

– А про что-же?

– Ну, видишь-ли, тепушка, тут однажды такая история произошла… - стыдливо замялась поганая.

– Какая история?! Ой, расскажи, мне интересно!

– Тебе рано еще об этом знать!

– Ну, мам!...

– Ну, ладно уж, так и быть! Слушай!...

Еду я как-то раз на лифте в нашем институте. А лифт у нас такой просторный с зеркалами, да еще и по заявке на любом этаже останавливается. Ну вот. Еду я, в зеркало смотрю на себя, прихорашиваюсь. А я, знаешь-ли, если хорошо накрашусь, да причесон сделаю, да в туфельках - так просто любо-дорого смотреть! Красавица - да и только! Меня иногда даже первой красавицей курса называли.

И вот останавливается лифт и в него батяня заходит. Один. В костюмчике такой, весь из себя, надушенный, деловой, подтянутый. Ну, я вида не падаю, еду дальше, а он, как только двери закрылись - сразу ко мне подошел и говорит:

– Танечка! Ты сегодня так хорошо выглядишь! А не зайти ли тебе ко мне?... На рюмку кофе?!

А я в тот же миг почувствовала на своей, так сказать… ну это… ну как его там?

– Ну, говори, не тяни!
– Выпалила Рыба.

– Ну, в общем, заднице, прикосновение его руки…

Поганая заткнулась и , залившись краской, уткнулась в вязание.

– Ну, а дальше что?!

– Ну, что-что? Я его руку как отшвырнула! Да чуть пощечину ему не влепила, слава Богу, сдержалась. А сама ему отвечаю: «А рюмку в другом месте распивают, это во-первых. Во-вторых - не ты, а Вы, а в третьих, руки распускать неприлично!»

Он немного опешил, но «проглотил», а сам говорит: «Ну, как хочешь, я-ж ведь хотел как тебе лучше. Я слышал, ты мать-одиночка. Ребенку хотел твоему помочь. Ну раз так…»

Тут лифт остановился на моем этаже и я пулей выскочила из лифта, чуть не сбив его с ног. А сама подумала: «Ну, ты у меня еще попляшешь! Я тебе отомщу!»

– А за что?
– Наивно спросила Рыба.

– А за то, что он намекал на то, чтобы мне с ним переспать.

– А почему?

– Потому, что ему так хочется! Да на наш институт пора уже вешать красный фонарь!

– А зачем?

– А затем, что это уже не институт, а дом терпимости какой-то! С каждой красивой бабой он уже по двести раз переспал! И каждую облагодетельствовал.

– А как это?

– Ну переспит с ней, а потом премиальные или поквартальные ей повышает, поблажки им всякие-там дает, даже если они весь день ничего не делают, бьют баклуши.

– О! А вот бы нам так! Мы бы мне аквариум с рыбками купили и коньки и канареечек!

– Ой, да мы и без этого как и без этого как-то жили! Но с тятей трахаться? … Ни за что на свете! Пусть я лучше буду нищая, но только не это!

– Почему? Ведь с зэком - Жориком и пьяницей - «Котом» ты так делала! За просто так.

– А ты откуда знаешь?

– А я за вами подглядывала: что это за шум такой странный?

– Ах ты бесстыжая!

– Это вы бесстыжие, что при мне такими делами занимались.

– А почему ты подглядывала?

– А почему ты из-за денег с Морозовым не хочешь так делать? Он ведь хороший. Он же лучше этих твоих пропойц, один из которых тебя чуть не прирезал!

– Ни за что!

– Ну мам!

– Никогда!!!

– Хочу рыбок, хочу коньки, хочу…

– А я не хочу делать с ним за деньги!