– Стой! Стой! Неверная жена! Стой, кому говорю!
– орал как бык вслед ей Евгений.

Но бежать за ней он не решился, чтобы не опозориться перед соседями.

А Ольга скакала и скакала по огородам, пока не влипла в крапиву. И не зная как вернуться назад, она так и осталась стоять среди зарослей, боясь вернуться домой, пока не стемнело. Евгений вернулся в дом, закрыл за собой дверь и опрометью бросился в свою комнату.

Тут в дело вмешалась Светлана. Пока шла вся эта нелепая сцена, она согрела чайник, сделала заварку, нарезала щербет. Прямо как у себя дома. И теперь она подошла к Евгению, который заламывал себе руки, стоя у окна, нежно обняла его и пропела:

– Не стоит расстраиваться из-за пустяков! Это все мелочи жизни! Если из-за каждой из них переживать, то когда же тогда жить?!

– Что?..
– рассеянно глядя на нее и думая о чем-то своем, произнес Евгений.

– Пойдем пить чай! Вот что!
– повелительно и нежно произнесла Светлана.

– Какой чай?
– ни во что не врубался идиот.

– Обыкновенный цейлонский, - рассмеялась ведьма, - тот, что ты нам недавно заваривал.

– Да мне не до чая.

– Если так много из-за ерунды переживать, то и жизни не хватит, а когда же жить?

– А жить - это значит переживать!
– спорил идиот.

– Нет! Жить - это значит наслаждаться, - радостно возразила гостья.
– Пусть страдают и переживают другие. А мы будем наслаждаться, радоваться и пить чай! Пойдем! Пойдем! Потом будешь переживать!

– Когда?
– механично переспросил он.

– А в следующем перерождении!
– радостно рассмеялась ему в лицо Светлана.
– Пошли! И тут же схватила его за руку и потащила за собой на кухню.

Размякший от ее женского обаяния, он по инерции поплелся за ней как телок на привязи. Все в его жизни было механично. Механично он ревновал. Потому что ему какие-то дураки внушили, что нужно ревновать. Механично он размякал от женского внимания. Механично бесился, и все он делал как тупая заведенная, запрограммированная машина.

Нажми на кнопку - получишь результат.

И твоя мечта осуществится.

Нажми на кнопку – ну что же ты не рад?

Тебе больше не к чему стремиться!

Евгений сел за стол и тупо уставился в чашку с чаем. Его длинные патлы свесились и чуть ли не заваривались в чаю.

– А ты что стоишь в сторонке?
– приветливо улыбнулась Светлана Рыбе.
– Иди к нам! Чай пить.

Рыба неуверенно прошла к столу и тихонечко села в уголочке. Во всех ее движениях сквозила мамкина закозленность.

Все скучились у стола и стали наворачивать щербет, чай и печенье. Холмогорцев жадно, с большим аппетитом наяривал здоровые куски, похотливо поглядывая то на Светлану, то на Рыбу. Евгений был «ни жив, ни мертв».

– Да не переживай ты так, Евгений, все это пустяки, как говорится, дело житейское, - стала заботливо уговаривать его Светлана, - ничего в этом страшного нет.

– Да?.. Вам легко говорить. Я ее из грязи вытащил. Из комсомолочки забитой человеком сделал. А она вон как мне отплатила! У! Сволочь проклятая!

– А что в этом плохого? Иногда это даже полезно!
– с хитрой улыбочкой вставил Саша.

– Ну, ты знаешь, глупостей-то мне не говори.

– А что, с тобой никогда что ли такого не было?

– Ну, было, по молодости. Но ведь это было давно...

– И неправда!
– добавила Светлана, и они вместе с Александром весело расхохотались.

– Не смейтесь надо мной. Она-то ведь уже не молодая. Разбесилась под старость лет. Приспичило ей, видишь ли!

– Ну и на здоровье!
– радостно продолжил Александр.
– А ты вот возьми и тоже куда-нибудь на сторону пойди, поразвейся. А?

– Ты что, смеешься надо мной что ли? Ишь, чего удумал! Я - налево, она - направо, а что же у нас за семья такая будет? И что мы тогда детям своим скажем? Будьте такими же, как мы?

– А почему бы и нет? Это же ведь все - условности, а на самом деле человек полигамен. И в древности были даже ритуальные групповые сношения, называемые «оргиями». Это только теперь человека загнали в жесткие семейные рамки. А раньше ведь такого не было!

– Ну и что ты мне предлагаешь? Стать под старость лет развратником?

– Лучше поздно, чем никогда!

– Ну, знаешь ли, мне нужно об этом хорошенько подумать, - ответил Евгений и серьезно задумался.

– А что думать-то? Не думай - действуй!
– радостно вставила Светлана.
– Пока ты будешь думать, уже вся жизнь пройдет.

И тут она стала напевать известную блатную песню. А Александр ей весело подпевал:

– Морали плести излишне,

И мне моралистов жаль.

Другой насладится трижды,

Пока ты плетешь мораль.

Так не надо плести морали,