— Я знаю, зачем ты пришел. Мне понравилась твоя жертва. А главное — ты искренне хочешь помочь. И у тебя есть для этого силы.

Рулон слушал ее плавную речь.

— Вот возьми, — и Умай протянула младенца.

Это была очаровательная девочка с очаровательными розовыми пяточками. Рулон взял ее на руки и сразу почувствовал сильную любовь, любовь матери к ее ребенку.

И вот он опять в обычном мире стоит перед Алтай Камом и Леной. Ребенка на руках не было, только сосуд с оставшимся молоком. Потрясенный и растерянный Рулон не двигался и ничего не говорил.

— отдай молоко женщине, Душа ребенка там, — проговорил Алтай Кам.

Лена с трепетом приняла молоко и тут же его выпила. Глаза ее сразу изменились. В них появилась уверенность и радость.

— Спасибо! — женщина улыбнулась и пошла прочь.

Рулон зачарованно смотрел ей вслед.

— Что, Рыбья Кость? Ты сделал самое трудное — принес Душу в наш мир, и у тебя получилось. Значит, ты настоящий шаман. Главное — теперь решить, каким ты будешь: белым или черным? Черный может все: принести себе пользу, а другим вред, жить как обычный человек, со всеми его радостями, и быть при этом сильным шаманом. Только путь его лежит все больше в мир подземный, к Ульгеню он не ходит, может питаться Душами людей и становиться сильней. Если ты выберешь этот путь, тебя будут все бояться и уважать.

— А белый? — спросил Рулон.

— А белый должен быть чист. У него не получится приносить себе выгоду. Жить ему в мире людей трудно, делать нужно только добро. Но возможностей в мире Духов больше. Белые шаманы сильнее. Выбор за тобой. Останься в пещере и думай, — и Алтай Кам пошел к себе.

Думал Рулон всего один день. И, приняв твердое решение, отправился к Алтай Каму.

В чадыре было пусто. Не было не только самого шамана, но и его вещей. Ничего. Только один нож. А на нем нацарапано: «Он твой. Ты стал шаманом». Рулон понял, что искать Великого шамана не нужно. Он ушел специально — учение закончено. Он стал шаманом.

ЧАСТЬ 2. Тайна шаманизма

Душа шамана

Рыбья Кость сидел в яранге. Снаружи завывал ветер. Ему что-то взгрустнулось, он стал вспоминать дом, своих близких. Алтай Кам, то ли тоже загрустив, то ли уловив его настроение, запел какую-то непонятную лирическую песню. Он никогда не думал, что старый шаман может так хорошо петь. От этой песни воспоминания и боль об утраченном прошлом усилилась так, что он непроизвольно заплакал.

— Ну вот что началось, — сказал старик, прекратив пение, — видишь, как все это умерщвляет тебя, твои привязанности. Вон весь ослаб, разнюнился.

— Да, что-то я заслушался песню, — начал он оправдываться.

— Песню я запел специально, — продолжал старик, — чтобы усилить то, что было в тебе. Но вначале ты услышал другую песню. Это женщина из твоего прошлого тоскует по тебе. И это подействовало. Ты тоже стал тосковать. Душа Тесь потянула тебя в царство Эрлика, и Кут стал покидать тебя. Если человек долго будет так тосковать и жить прошлым, то Кут выйдет, и человек может даже заболеть или несчастья начнут преследовать его. Вот теперь настройся. Кто тревожит твою Тесь? Кто тянет к Эрлику? — сросил старик, подкладывая дрова в очаг.

Рыбья Кость закрыл глаза и стал перебирать в памяти всех своих женщин. Первой он вспомнил Марианну и аж вздрогнул, как будто его окатили холодной водой. От нее шло состояние силы и отрешенности. Он вспомнил Лилит и почувствовал ее бешенство и озлобленность. Иногда она злилась так сильно, что он начинал чувствовать себя подавленным, как будто ему угрожала какая-то неведомая опасность. Тогда он становился жестче и яростней, чтобы сбросить с себя этот страх. Селена. Да. Именно от нее идет состояние тоски, сейчас она вспоминает его, почувствовал он.

— Ну что, понял в чем дело? — спросил Алтай Кам, — теперь настройся на будущее, на царство Ульгень Хана и исправь состояние.

Рыбья Кость сел удобнее и стал думать, как он встретится с Селеной.

— Нет! — прервал его старик, — не проецируй прошлое в будущее, иначе никакого будущего не будет. Это будет только замкнутый круг из повторяющихся прошлых событий. Так ты не пойдешь вперед.

Рыбья Кость глубоко вдохнул и с силой выдохнул воздух, выпрямил позвоночник и, сосредоточившись в межбровье — седалище Бось, стал думать о будущем. Как он откроет людям великие знания Алтай Кама. Как изменит это жизнь многих людей к лучшему. И потом, как это бывало в детстве, устремился куда-то в голубую даль, предчувствуя, что его ожидает что-то великое и чудесное там, в будущем, когда он станет сильнее и мудрее. От этого его состояние совсем изменилось, он наполнился оптимизмом, энергией. Захотелось сразу же начать что-то делать.

— Вот! Уже совсем хорошо! — сказал Алтай Кам, настукивая костью о кость какую-то веселую мелодию.

— Неужели все воспоминания, все прошлое плохое? Это то, что нас убивает? Ведь не можем же мы жить совсем без памяти?

— Без памяти не можем, а вот без привязанностей нужно научиться, — сказал шаман. — Есть сильные Теси-предки. Воспоминания, которые помогают нам. Вот мой Учитель, например, черный шаман. Это великий Тесь-предок, он помогает. А у тебя вот эта цыганка, которую ты только что вспоминал, ух и сильная же женщина! Совсем другое шло от нее ощущение.