Рулон быстрей застучал кямлой по упругой коже. Его дыхание убыстрялось все больше. Он сливался с ритмом ударов и вскоре потерял реальность происходящего. Перед ним появился таинственный мир, из тьмы которого выступили лапы больших елей, сквозь которые на него смотрели огоньки звериных глаз. Вскоре все исчезло, и он снова был в чадыре рядом с пляшущими языками пламени очага.

— Вот, уже хорошо! — обрадовался старик, потирая руками колени. — Всегда замечай и удерживай такие моменты. Это новое восприятие мира, и если ты овладеешь им, то сможешь совершать шаманские полеты в мирах Ульгеня и Эрлика. Ну, довольно, а сейчас послушай, как я стал шаманом. Ведь и тебе скоро придется пройти рассечение. Конечно, у тебя это может быть и по-другому, но суть его для всех едина. Тебе необходимо переродиться, чтоб перестать быть человеком, а стать шаманом. Шаман — это уже не человек, это другое существо, рожденное Духами.

***

Душу человека, который должен стать шаманом, берут Духи и уносят в подземный мир. Там есть особый дом, где заключаются эти похищенные Души. Душа хорошего шамана заключается на три года, а плохого — на один год. В это время сам человек сходит с ума и бессознательно воспевает, пока длится заключение его Души. Во время сна он бывает в указанном доме.

Эти злые Духи — абаасылар — и есть источники зарождения шамана. Описанный дом принадлежит им, там они воспитывают и обучают похищенную Душу человека. По истечении определенного срока, смотря на качество шамана, они должны разрезать, разрубить на кусочки тело будущего шамана.

Рассекание тела производится так: сначала отрезают голову и кладут на верхнюю полку своей юрты. Эта голова видит своими глазами всю процедуру разрубания своего тела. Все тело шамана разрезают на мелкие кусочки и делят между всеми трижды девятью юерями. Это Души умерших людей, причиняющих болезни. Тела лучшего шамана должно хватить на всех злых Духов. Тогда этот шаман будет знать пути-дороги всех Духов, которые причиняют болезни, и будет он полезен при всяких заболеваниях. Если же тела не хватит при дележе и останутся обделенные, то он не сможет вылечить те болезни, которые причинены этими юерями.

Во время разрезания тела будущий шаман у себя дома лежит тяжко болен, ни жив, ни мертв. Духи, изрезав и разделив мясо, наделяют кости новым мясом и садят прежнюю голову на место.

— У меня в роду шаманов нет, — слушал рассказ шамана Рулон.

— Моя шаманская болезнь приключилась так. Как-то раз я поехал через реку в лес на восточный берег Лены, чтобы срубить и привезти дров. На обратном пути сильно продрог и едва добрался до дома. Сначала лихорадило, а потом 5—6 дней продолжался сильный жар. В эти дни мне казалось, что я куда-то качусь колесом. Сначала в одну сторону, а потом стал перекатываться в обратную сторону.

Затем я помню, что стою на восточном рукаве Лены зимой на льду. В старину в нашем Джобулгинском наслеге жил шаман Сюедэркэ. Вдруг вижу, является он в сопровождении одной старухи «мэнэрээчки» (истерически воспевающая от имени Духов), у них продольная пила. Поймали меня. Шаман Сюедэркэ обратился ко мне:

— Мы прочищаем дорогу, ведущую в нижний (подземный) мир, ты будешь помогать нам в этой работе!

Я отказываюсь.

— Я постоянно держу в мыслях мое Божество — «ыйыыбын, тангарабын саныы сылльабын».

Но они помимо моей воли насильно вручили ручку пилы и заставили работать. Мы пилили, будто лед, торчащий торос. И прокладывали по льду дорогу к северу. В восьми верстах севернее от нас, на правом берегу Лены, есть начало проезжей дороги, под названием Есперююн аартыга. Как мне казалось, прочищая глыбы тороса, мы добрались до этого места.

Здесь шаман Сюедэркэ сказал:

— Теперь мы пойдем на остров Тарагай.

Соседний остров, недалеко от места жительства моих предков.

Пошли на тот остров. Там вместе с шаманом поднялись на одну ель... Впереди меня стоит тот же шаман, на нем камлальный плащ, в руках держит бубен. Стоит, обратившись лицом на восток, а я стою сзади. Шаман говорит мне:

— Я тебя сделаю шаманом, уведу наверх на расстояние трижды девять олохов (шаманские

переходы и места остановок).

В этот момент над нашими головами раздался какой-то шум и треск. Я поднял глаза и вижу, как валится звезда «чолбон» — передвигающаяся звезда.

— Что это валится? — спрашиваю я у шамана.

— Это валится шаман Кюстэх! — отвечает он.

Последнего я помню, он был из Бегтюнского наслега и умер давно.

Кюстэх-шаман спустился как раз у основания той ели, где стояли и мы. Оказывается, он был верхом на горной козе (чубуку), у которой копыта были обращены назад.

Спустившись, шаман Кюстэх подозвал к себе Сюедэркэ:

— Я девять веков простоял, превратившись в звездочку-чолбон, и весь высох. Ты не вправе взять этого человека, который предназначен для меня. Я сам принимал участие в его зарождении, воспитывал его с малых лет!

Мы оба спустились с ели. Кюстэх сказал шаману:

— отдай спутнику свой камлальный плащ и бубен!

Сюедэркэ, не возражая, снял свое облачение и передал мне. Я облачился в его одежду.

После этого Кюстэх обратился ко мне: