Орайя отключил воду и, простояв в тишине еще немного, начал одеваться. Выйдя в отсек, он сильнее прижал к себе ее планшетник и запрыгнул на кровать, пряча его под подушку.

Усугубившееся чувство тревоги заставило его открыть свои глаза. Он повернулся на бок и уставился на Кимао, так же напряженно смотрящего в сторону двери.

— То же чувствуешь это? — спросил Орайя.

Йори поднялся с кровати и потер свои виски.

— Пульсация странная. Изматывает, если честно. Если так и дальше пойдет, голова начнет раскалываться.

— Вчера этого не было, — заметил Кимао.

— Вчера здесь не было стольких пострадавших! — произнесла Айрин с закрытыми глазами. — Интересно, почему Райвен отдал приказ направлять их сюда?

— Думаю, от него мало что зависело в этой ситуации, — ответил Террей. — Он, все-таки, на службе МВС.

Вдруг, в отсеке замигала красная лампочка. Вой сирены, раздавшийся в коридоре, заставил их подпрыгнуть со своих мест, быстро одеваясь и хватая оружие, сваленное в кучу на столе.

— Вот об этом я и говорил, — воскликнул Йори, открывая дверь и глядя на полупустой коридор, по которому бежало несколько взволнованный военнослужащих.

— Код красный. Код красный, — начал оповещение спокойный женский голос. — Всем военнослужащим категорий «А» собраться в секторе девятнадцать. Повторяю, всем военнослужащим категории «А» собраться в секторе девятнадцать. Сектор двадцать шесть заблокирован. Просьба, всем оставаться на своих местах. Повторяю, сектор двадцать шесть заблокирован. Доступ запрещен.

— Айя, — прошептал Орайя и бросился по направлению к сектору двадцать шесть, в котором располагалась санчасть номер три.

— Стой!!! — прокричал ему Кимао, хватая за руку брата на бегу. — Мы не знаем, где она и что происходит!!!

— Они здесь!!! — зашипел Орайя, одергивая свое плечо. — И мы не знаем, как их отличить от обычных людей!

Кимао остановился и подал знак Айрин, чтобы она проследовала за Орайей.

— А мы? — не поняла Данфейт, останавливаясь вместе с остальными.

— А мы пойдем в зал совещаний, куда созвали военнослужащих категории «А».

Орайя влетел в коридор и замер. Впереди, под закрытыми дверями, собралась толпа. Они не слышали друг друга, пытаясь разблокировать дверь и прорваться внутрь.

— Вон отсюда! — прокричал Орайя, обращаясь ко всем остальным.

Никто даже головы своей не повернул.

— Как хотите, — прошептал Орайя, и люди попадали перед ним на колени, заваливаясь друг на друга и пытаясь подняться на ноги.

— Или отойдете сейчас или взорветесь вместе с дверью! — прокричала Айрин, выставляя ладонь вперед.

— Зрячие! — наконец, простонал кто-то из толпы и все, как по команде, начали отползать назад.

Орайя подошел ближе, переступая через людей, и прикоснулся рукой к датчику блокировки.

— Взрывать не будешь? — не поняла Айрин.

— Нет. Перегрею и перезагружу систему. Нужно будет дверь закрыть за собой, иначе эти, — Орайя махнул головой в сторону, — пойдут следом.

Датчик подал сигнал, и дверь перед ними распахнулась.

— Стоять!!! — проревела Айрин, оборачиваясь ко всем остальным.

Все замерли на своих местах, продолжая смотреть на зрячих, навстречу которым с другой стороны бежала толпа медперсонала и пациентов в ночных рубашках.

— Простите, — произнес Орайя и закрыл за собой дверь.

— Что!!! Ты что творишь!!! Выпусти нас!!! — кричали люди, падая на пол перед ногами Орайи.

— Разберемся, кто есть кто — выпущу. А пока — всем лежать.

— Ублюдок! — отозвался кто-то.

— Возможно, — ответил Орайя и направился прямиком к кабинету Паттерсона.

— Там девушка!!! — заголосила какая-то медсестра за ее спиной. — Эта амирянка взорвала дверь в оперблок и направилась в сторону реанимации. С ней девушка! Заложница!

— Как ее зовут?

— Не знаю! Амирянка требует вызвать к себе каких-то Кейти и Матриати. Вы знаете их?

— Это мы и есть, — ответил Орайя и внимательно посмотрел на Айрин.

Она утвердительно кивнула своей головой и крепче сжала пистолет в своей руке.

Айя сидела на полу посреди огромной палаты с тяжелоранеными людьми. Незнакомка в это время, старательно выглядывала в коридор и постоянно оборачивалась к своей пленнице.

— Как зовут-то хоть, — вдруг, спросила она.

— Катрин. А тебя?

— Плексия.

— Позволь им вывести детей. Они здесь ни при чем, — произнесла Айя и подняла на женщину свои глаза, стараясь перебороть подкатывающую к горлу тошноту.