Орайя еще долго не спал. Когда Айя прошмыгнула к кровати, он перевернулся и посмотрел на нее. Девушка, заметив, что за ней наблюдают, тут же спряталась под одеяло и отвернулась.

— Это ведь не эпилепсия… — произнес Орайя, глядя на нее.

Она молчала, и он принял это за согласие. Верно принял, только не за то согласие, о котором подумал.

Спустя четыре часа в отсеке сработал электронный таймер.

— Что за… — пробурчал сонный Террей, поднимая свою голову и задевая нос Йори.

— Спи… — прошептал зрячий, потирая переносицу о подушку.

— Извините, — выдавила из себя Айя и тихо поднялась с кровати.

Орайя открыл глаза и не двигался. Деревийка достала планшетник из сумки и шмыгнула в туалет. Ее не было около двадцати минут, и Орайя уже собрался подняться и постучать к ней, как дверь сама распахнулась. Орайя закрыл глаза, прикидываясь спящим. Несколько минут шуршания, и Айя направилась в ванную.

Дерева продолжал спокойно лежать. Когда она вернулась переодетая в гражданскую одежду, он приоткрыл свои глаза и внимательно посмотрел, как она скидывает свои вещи в рюкзак.

— Далеко собралась? — спросил он, продолжая лежать.

Айя замерла на мгновение, а затем продолжила сборы.

— Тебя все равно найдут. Не мы, так отец…

Айя обернулась и, прищурившись, посмотрела на Орайю.

— Может, я и труслива, но бегать от кого-то бы то ни было, не собираюсь.

— Зачем тогда вещи пакуешь?

— Там много женщин и детей. Им нужна чистая одежда.

Орайя нахмурился и скривил свои губы. Такого ответа он, безусловно, не ожидал услышать.

— Завтрак через минут тридцать. Дождись и поешь.

— Мне некогда.

— Хочешь, чтобы я поговорил с майором Паттерсоном о том, что у тебя нет времени поесть?

Айя вновь обернулась к нему и, непонимающе, воззрилась на едва уловимые в темноте черты лица. Откуда он знал, к кому ее приставили? Откуда вообще ему известно имя майора Паттерсона? Ах, да… Эрика наверняка разузнала все о том месте, куда ее отправили… Хорошая нянька. Ничего не скажешь…

— Я поем, — тихо ответила Айя и, застегнув рюкзак, присела на кровать.

Орайя видел, как плавно ее веки опускаются на глаза и резко поднимаются вверх.

— Ложись. Я разбужу, когда столовую откроют.

— Нет, — отчеканила Айя и, достав из-под подушки планшетник, включила его, взбираясь на койку с ногами и начиная водить пальцем по монитору.

Ногти снова помешали ей, и она скусила несколько, сплевывая огрызки в салфетку, припрятанную в кармане кофты. Один палец начал кровоточить, и она тут же сунула его в рот. Другая ее рука в это время что-то выводила на мониторе.

— Рисуешь? — спросил Орайя, поворачиваясь на бок и разглядывая ее с указательным пальцем во рту.

Айя посмотрела на него и вновь отвернулась.

— Пальцами скрести удобней, чем стилусом?

— Удобней, — пробурчала Айя.

— Если найду краски, разрисуешь стены в этом свинарнике?

Айя снова посмотрела на него и на этот раз едва заметно улыбнулась.

— Перед тем, как рисовать на металлической обшивке, ее нужно обезжирить и нанести грунтовку. Кроме того, не думаю, что остальные согласятся ночевать в отсеке, где будет вонять растворителем двое суток.

— Покажешь что-нибудь из своих работ?

Айя приподняла брови и отрицательно покачала головой.

— Ну, покажи! — засмеялся Орайя, спрыгивая с кровати в одних штанах и присаживаясь рядом с ней.

Айя тут же отключила монитор и засунула планшетник под подушку. Орайя схватил ее за руку и поднес ее к своим глазам.

— Если тебе мешают ногти, почему не работаешь в перчатках?

Айя выдернула свою руку и тут же засунула ее в карман кофты.

— Поверхность монитора не абсолютно гладкая. На ней есть шероховатости. Мне нравится чувствовать их подушечками пальцев. Мои ногти оставляют царапины, и их я тоже чувствую. Поверхность монитора — это мой жизненный холст. Я помню моменты, когда оставила некоторые метки, и, ощущая их вновь и вновь, вспоминаю о том, кто я есть.

— Значит, поэтому ты не любишь рисовать стилусом?

— Когда Роэли только подарил мне мой первый планшетник, я пробовала им работать. Но, иногда, я просто протыкала острым концом экран…

— А что Роэли думает по этому поводу?

Айя поднялась с кровати и, схватив свой рюкзак, надела его на плечи.

— Столовая откроется через несколько минут. Я пойду.

— Подожди, я тебя провожу.

Орайя быстро метнулся к кровати и, накинув на себя майку, направился к выходу.

— Ты же не умывался…