Петя кивнул.

– А если они не позвонят, а снова придут?

– Я же тебе сказал: в квартире постоянно будет наш человек.

– Да, но их же двое!

Савицкий невольно усмехнулся.

Игорь Сергеевич пробормотал что-то язвительное насчет новой молодежи и что раньше никто не привередничал, оказавшись в подобной ситуации.

– Да раньше и ситуаций таких не было! – разозлившись, ответил Петя.

Он тут жизнью своей семьи рискует, а они еще насмехаются!

Из лесу выбежал, слегка запыхавшись, омоновец с собакой. Доложил:

– Цилиндр найден. Можно пройти на место. Идите за мной.

В лесу сумерки сгустились раньше, чем в поле. Под деревьями было почти темно. Петя инстинктивно старался держаться как можно ближе к высокому и мощному на вид Грязнову. Они шли, утопая по пояс в мокрых от росы папоротниках. Ноги спотыкались о вывороченные корни старых деревьев.

– Эх, сколько лесу повалило, – сокрушался Игорь Сергеевич, аккуратно ступая след в след за следователем Савицким. – Наверное, с прошлогоднего урагана остались залежи… Тут бы технику подогнать да вывезти. Сколько лесу хорошего… М-да, а доски теперь дорого стоят. А стропила достать! Эх, эх…

Ему никто не отвечал. Видимо, вопросы строительства ни Грязнова, ни Савицкого не волновали.

Наконец пришли. Петя даже удивился – это место теперь, в сумерках, казалось ему вовсе не похожим на то, где он закапывал цилиндр. И сосна вроде бы не той формы, и яма кажется намного меньше, чем в прошлый раз, и никакой горки поблизости не видно, а в тот раз горка справа была… Он даже испугался, что омоновцы могли найти не его, а другой, совершенно посторонний источник радиации, но Савицкий, кивнув, подманил Петю к себе.

– Этот? – спросил он, присаживаясь на корточки перед свинцовым контейнером, в который омоновцы упаковали находку.

Осторожно, держа двумя руками, Савицкий вынул цилиндр из гнезда и приподнял над контейнером.

– Этот, – подтвердил Петя, – только осторожно, он очень радиоактивный.

Савицкий отпустил ладони как ошпаренный.

– Где дозиметрист? – заорал он.

Подбежавший дозиметрист измерил радиацию.

– Ого! – присвистнул он. – Порядочно. В руках держать его не рекомендуется.

Омоновец-дозиметрист закрыл контейнер. При свете фонарика Савицкий (который тщательно вымыл руки с мылом) составил протокол об осмотре места происшествия и изъятии цилиндра. Все присутствующие его подписали.

Отойдя в сторонку, Савицкий, Грязнов и Игорь Сергеевич минуту посовещались, говоря тихо, вполголоса. Петя переминался с ноги на ногу, стоя на краю ямы. Ему хотелось домой. Он устал и чувствовал, что замерзает.

– Хорошо, – придя, очевидно, к консенсусу, громко произнес Грязнов. – Значит, в четверг?

– Посмотрю, если получится, то можно в среду. Но не обещаю, – на ходу ответил Савицкий.

Командир ОМОНа приказал своим бойцам возвращаться к дороге. Пока шли, в лесу совсем стемнело. Петя зацепился ногой за какой-то торчащий из земли сук или корягу, споткнулся, упал и больно растянул ногу. К тому же он порвал на колене почти новые джинсы. Злой и несчастный, плелся он, прихрамывая, за Грязновым.

– А когда вы меня отпустите домой? – садясь на заднее сиденье легковушки рядом с Игорем Сергеевичем, спросил он едва не со слезами в голосе.

– Ха, домой! – язвительно заметил Игорь Сергеевич. – Домой ты теперь не скоро попадешь. Тебя еще проверить должны.

Но Грязнов оказался великодушнее своего коллеги.

– Подождите еще немного, Петр, – с официальной сухостью, но вполне нормальным человеческим голосом ответил он. – Мы сейчас на Петровку прокатимся, ты нам поможешь опознать тех ребят, что за цилиндром приходили, а потом наш шофер отвезет тебя домой.

– Их уже задержали?! – радостно удивился Петя, вызвав издевательское хихиканье и комментарии Игоря Сергеевича.

– Нет. Ты пленку видеонаблюдения просмотришь, – объяснил Грязнов.

Устыдившись собственной наивности, Петя сник и молчал до самой Петровки.

Во внутреннем дворе оперативно-следственная группа разделилась. Савицкий, завладев дозиметристом, который нес контейнер с цилиндром, отправился с ним в одну сторону, а Грязнов с Игорем Сергеевичем повели Петю вверх по лестнице на третий этаж, в тот же кабинет, где он уже был сегодня вечером.

– Можешь домой позвонить, предупредить, что скоро приедешь, – разрешил Грязнов, переступая порог своего кабинета. – Родители, конечно, не знают, что ты у нас?