– Спасибо, успокоил!

– Таня, не обижайся, но я тебя не успокаиваю, а предупреждаю. – Это прозвучало едва ли не как угроза.

– Предупреждаешь? О чем? – спросила я.

– О том, чтобы ты впредь была поосмотрительнее. Знаешь, лично я не полез бы на чердак из одного только любопытства.

– То есть если бы ты заподозрил что-то неладное, то просто прошел бы мимо, и все? – Я испытующе посмотрела в серые, какие-то невыразительные глаза Ильи.

– Скажу тебе больше – я бы отсюда просто свалил. Береженого бог бережет.

– И ты спал бы спокойно, зная, что мог бы предотвратить преступление, возможно, с человеческими жертвами, но не сделал этого?

– Танюша, расслабься! Я пошутил. Что-то у тебя сегодня с юмором совсем плохо. Наверное, это последствие стресса.

– Наверное, – согласилась я. – Знаешь, обеденное время заканчивается. Я пойду.

– Рад был тебя видеть, – бросил мне вслед фотограф.

Я решила уйти очень вовремя: в дверях я едва не столкнулась с его рыжеволосой подружкой – Леной. Она смерила меня высокомерным взглядом. А что было бы, приди она на минуту раньше? Мне только сцены ревности не хватало!

Разговор с Кузьминым не выходил из головы. У меня возникло смутное ощущение. Илья понял, что я полезла на чердак вовсе не из любопытства, а Мазуров – совсем не тот человек, которого действительно следовало бы опасаться, есть кто-то другой… Я впервые всерьез задумалась о фаталистической теории фотографа, о которой он упоминал при каждом удобном случае. Мне вдруг пришло в голову, что его «концепция» очень подходит для того, чтобы поддерживать в душах людей ощущение обреченности и безысходности – ведь не так страшна смерть, как ее ожидание! Может, фотограф – как раз тот тип, кого я ищу? Почему бы и нет? Он значился в списке Бережковской, значит, теоретически он мог подменить злополучную брызгалку. Это все? Пока – да. Я задумалась о том, какие мотивы могли бы двигать Ильей. С ответом на этот вопрос у меня возникли проблемы, и я пошла к Корниловой – за помощью.

– Татьяна Александровна, что-то мы с вами никак сегодня не пересечемся, – сказала Ольга Николаевна. – Знаете, Сударкина и Щелокова забрали свои заявления! Так что одна проблема отпала, зато появилась другая – опять вышел из строя оверлок, а починить его некому. Надо искать нового техника. Я займусь этим сама. Вы мне только скажите: мы можем уволить Мазурова?

– Пока у нас не окажется на руках справка о невменяемости техника, увольнять его нельзя. Надо обратиться с запросом в психиатрическую клинику.

– Да-да, я так и сделаю. Ну, а как идут дела у вас?

– Я поставила «жучок» в похоронном агентстве и включила режим записи. Вечером послушаю, о чем они там говорят. Запросила информацию обо всех арендодателях. Может, кто-то из них связан с криминалом? Да, Ольга Николаевна, я вас еще об одном человеке хотела спросить.

– О ком?

– Об Илье Кузьмине, фотографе.

– Это тот молодой человек, с которым я вас несколько раз видела?

– Да. Илья как-то странно себя ведет, а поскольку он был в списке Натальи Петровны, я подумала: не имеет ли он какого-либо отношения к происходящему?

– Я мало что о нем знаю. А вот Наташа, думаю, поможет вам с информацией о нем. Во-первых, он ее клиент, а во-вторых, модельное агентство «Метагалактика» соседствует с ее «Пальмирой». Сейчас я ей позвоню и попрошу зайти ко мне. – Корнилова набрала нужный номер: – Наташа, это я. Ты можешь сейчас ко мне подняться?.. Ничего не случилось. Просто нам с Татьяной Александровной надо кое-что у тебя уточнить. Хорошо, ждем.

Бережковская пришла минут через пять.

– Так, девочки, что вы хотите у меня узнать? Давайте по-быстрому, а то скоро моя постоянная клиентка придет на маникюр, она, кроме меня, никого не признает. Капризная – жуть!

– Наталья Петровна, расскажите мне все, что вы знаете о фотографе Кузьмине, – сказала я.

– Об Илюше? – удивилась моя «тетушка». – А с чего вдруг такой интерес к его персоне? Неужели и он попал под подозрение?

– Попал, – подтвердила я.

– Странно! Илюша – такой приятный молодой человек… А какой талантливый фотограф! Он делал моей дочке фотосессию. Я ей на пятнадцатилетие такой подарок решила преподнести. Она была в восторге! Ее подружки просто обзавидовались.

– Да, фотографии получились классными, – подтвердила Корнилова, – только вот не знаю, чья это заслуга – твоей Вероники или Кузьмина?

– Конечно, моя дочка – красивая и талантливая девочка. А Илья это просто лишний раз доказал.

– Что еще вы можете о нем сказать?

– Да ничего особенного. Работает Илья здесь уже года три, причем почти все это время я его вижу с одной и той же моделью, с Леночкой Ванеевой. Они оба – мои клиенты. Всегда мастерам хорошие чаевые оставляют. О том, что Кузьмин с Машкой постоянно собачился, я вам уже говорила. Да с Кашинцевой вообще мало кто находил общий язык. – Наталья Петровна покосилась на Корнилову. – Вот, собственно, и все.