— Да это и так ясно: не дать «духам» выйти на позиции обстрела сарая сверху.

— Не только. Шепель уточнит задачу. Как понял меня?

— Понял… Но, может, мне все же задержаться и принять новых гостей? Позиция у меня сейчас отличная, контролирую обширный сектор. Незаметно моджахеды к ущелью в зоне моей ответственности не выйдут. А я по ним из пулемета…

— Я о чем тебя спросил, Пятый? Понял ли ты приказ. Так что отходи на новую позицию! Всё. Доклад о выполнении приказа через пять минут. Отбой!

Затем командир «Ориона» переключился на Чернова:

— Десятый, это Первый. К ущелью от Купши двинется конный отряд Ходжани. В отряде, по разведданным, десять всадников. Снять тебя с поста и спустить в ущелье невозможно. Судя по всему, Ходжани нацелил отряд в первую очередь на тебя. У тебя есть возможность отойти от ущелья и укрыться где-нибудь в балке?

— Возможность есть, но отход будет означать пропуск бандитов на вершину, откуда они плотно накроют весь кишлак.

— Но ты один не в состоянии остановить десяток талибов.

— Это еще как сказать… Я тут пополнил боекомплект за счет уничтоженных боевиков, и у меня сейчас десяток магазинов. Справа, метрах в двадцати, находится уютная небольшая балка — даже не балка, а скорее лощина. «Духи» спешатся не ближе чем за километр до моего поста. Но я увижу их, видимость здесь хорошая. Ну, и из укрытия неожиданно ударю по ним на самом подходе. А как выбью половину «духов», дело пойдет веселее. Так что считаю целесообразным не прятаться, а принять бой. Лишь бы вы не дали людям Ходжани подняться из ущелья на вершину. Вот тогда они накроют меня.

— Мы не допустим подъема талибов из ущелья. Более того, в 6.00 на твою позицию начнет выдвижение группа «Ирбис».

— Неужели Дрейк решил помочь нам?

— Бригадный генерал оказался предателем, и то, что мы попали в засаду, — его рук дело… Но об этом позже, не будем терять время. Дак обещал пройти шесть километров за час, максимум за час двадцать. Отряд из Купши подойдет к тебе ненамного раньше, так что держаться тебе от силы полчаса.

— Ну, так это вообще меняет обстановку. Полчаса продержусь влегкую!

— Ты посерьезней там, Десятый! Не на учениях… Далее будешь действовать вместе с группой «Ирбис», задачу которой я определю после снятия проблемы с талибами из Купши.

— Понял!

— Сейчас мы проведем передислокацию в сарай. В доме останутся Второй и Шестой, будут имитировать оборону объекта группой. Ты помоги им, не забывая отслеживать обстановку на плато. Отход на новую позицию сразу при появлении боевиков. Пятый также отойдет западнее, так что на его поддержку не рассчитывай. Ты все понял, Десятый?

— Так точно! Один вопрос: вы сообщите мне о подходе «Ирбиса»?

— Дак сам свяжется с тобой.

— Принял. Выполняю!

За время переговоров в одинокий дом вернулись майор Шепель и капитан Ким.

— Леня был прав, — доложил Михаил. — Прижимаясь к самому подножию, группа сможет незаметно для «духов» Ходжани пройти в сарай. Правда, пригнувшись и применяя маскировку. Хотя здесь кусты метров сто, не больше… Ну а если талибы все же заметят перемещение группы, то от их огня можно быстро укрыться в развалинах и уже по ним продолжить продвижение к сараю.

— Вот этого допустить нельзя. Ходжани, если «духи» заметят нас, сразу просчитает ситуацию и не замедлит ударить по дому. Так же он скорректирует план действий сил, подходящих от Джабдуса. И тогда уже полевой командир будет вести игру.

— Ну, значит, пройдем незаметно для «духов», — спокойно ответил Шепель.

— Хорошо. Всем трехминутная готовность!

Прошел доклад от Макарова. Майор отошел на запад и занял позицию прикрытия сарая с северной вершины Чаракского ущелья.

Тимохин отдал приказ на передислокацию группы. Под прикрытием огня Соловьева, Дрозденко и Чернова остатки «Ориона» проскочили к подножию и, применяя повышенные меры безопасности, пошли на северо-запад. Душманы Ходжани не заметили их, прижатые огнем подгруппы прикрытия, и Тимохин благополучно завел подчиненных в сарай, где сразу же определил каждому офицеру персональную позицию. К восточной стене обстрела кишлака он выдвинул майора Гарина, определив рядом с ним и позицию для себя. К западной стене отошли старший лейтенант Колданов и прапорщик Санеев. К Тимохину и оставшемуся вне дел Шепелю подошла Луиза Крофт:

— А меня, полковник, вы, судя по всему, решили спрятать в копне прогнившей соломы, чтобы случайная пуля и осколок не задели?

— Тебе, Луиза, я определю место позднее.

— Я такой же боец, как и все, поэтому требую, чтобы меня не выводили из состава боевой группы.

— Никто тебя никуда не выводит.

— Ну, тогда с вашего позволения я займу позицию рядом с вами.

— Ну что с тобой поделаешь? — вздохнул Тимохин. — Рядом со мной тебе делать нечего, ступай к Колданову, обустраивайся там.