До башни с крестом добрались за полтора часа.

Дважды приходилось занимать круговую оборону, так как по равнине шастали хищники, оценивающие добычу, но до стрельбы не доходило. От земного отряда исходила такая уверенность в своих силах, такая экспрессия, что даже повстречавшиеся летуны с «ободранной кожей» не рискнули на него напасть.

– Что скажешь? – повернулся Брызгалов к своему следопыту.

Он был бледен, переход дался ему нелегко, нога болела и не хотела успокаиваться.

– Здесь прошла группа людей, – смахнул пот со лба Савелий, изучающий следы в траве. – Командир тоже был с ними.

– Ты узнал его след?

– Я опознал следы его подруги. А ушли они вместе.

– Десять минут отдыхаем.

Капитан расстегнул ремень брюк, задрал одну штанину, озабоченно осмотрел начавший синеть кровоподтёк.

– Мазь нужна антисептическая, – покачал головой Евгений. – Жаль, не догадались взять.

– У меня есть пенталгин, – сказал Володя. – Можно размять таблетку и присыпать.

– Бинт есть?

– Нет.

– Чем-то завязать ногу надо.

Володя порылся в карманах, достал клейкую ленту.

– Только это.

– И носовой платок. Есть у кого чистый?

– Не суетитесь. – Брызгалов достал свой. – Заматывай.

Володя раздавил две таблетки пенталгина, насыпал на лиловый рубец, сверху накрыл носовым платком и замотал скотчем.

– Долго не продержится, но на полчаса хватит.

– Спасибо. – Брызгалов лёг навзничь. И тотчас же сел, глядя в небо, достал бинокль.

Оперативники подняли к небу лица.

– Птица? – предположил Савелий.

– Непохоже, – приставил козырьком ко лбу руку Евгений.

– Какая-нибудь зубатая тварь.

Брызгалов поймал в окуляры бинокля опускавшуюся к горизонту точку, вгляделся.

Над равниной летел красный, обсыпанный сверкающими кристалликами конус, выполняя несложные эволюции: он то зависал на месте на непродолжительное время, то делал круги, то опускался или поднимался. Из-за большой высоты трудно было оценить его размеры, но, по оценке Юлия Антоновича, диаметр конуса достигал не менее десяти метров. Через минуту он набрал скорость и спикировал к земле, исчезая за холмами.

– Кто-то наблюдает за равниной.

– Дай посмотреть, Антоныч.

– Он улетел.

– Должна же быть здесь служба экологического контроля. Неужели нас не видят? Или принимают за переправленных хищников?

– Во-во, – поддакнул Савелий.

– Кто-то наблюдает именно за нами, – негромко сказал Володя.

– Те типы, на красном бакене.

– Нет, я давно чувствую.

Евгений и Савелий с одинаковым сомнением посмотрели на Брызгалова.

– Мне тоже не по себе, – признался капитан. – Вполне допустимо, что за нами действительно следят. Надо побыстрее добраться до командира.

Евгений поворочал биноклем по линии горизонта, со вздохом опустил.

– Эх, знать бы, что тут происходит!

Подождали, пока Брызгалов отдохнёт.

– Как нога? – спросил Савелий деликатно.

Капитан понял, что его жалеют, поднялся.

– Нормально, отправляемся.

Через полчаса вышли к озеру, из которого вырастала стрельчатая башня, похожая на церковь Саграда Фамилия в Испании. Стало видно, что крест на её вершине – ажурное техническое сооружение в виде антенны.

– Вот куда они шли! – возбудился Евгений. – Это какая-то ретрансляционная вышка.

– Для вышки уж больно сложная, – усомнился Савелий.

– Стойте! – вдруг поднял руку Володя и сказал изменившимся голосом: – Там что-то движется!

Брызгалов навёл бинокль на озеро.

У основания башни парил зеркально бликующий пузырь, из которого выпрыгивали плохо различимые серые фигурки. Около десятка из них скрылись в башне, две остались у стен, разошлись в разные стороны, начали обходить башню.

– Спецура! – пробормотал капитан.

– Плохо видно, – прошептал Евгений.

Юлий Антонович передал ему бинокль.

Лейтенант всмотрелся, передал бинокль Савелию, тот Володе.

– Они в камуфляже!

– Камуфляж странный.

– Как у фотографа, – согласился Савелий. – Хотя лиц я не разглядел. Что будем делать, Антоныч?

– Как стемнеет, будем брать, – сделал понятный жест Евгений.

– До того как стемнеет, не один час пройдёт.

– Это я вспомнил старый фильм.

– Нашёл время. Какой?

– «Джентльмены удачи».

– Не видел.