разбил.

Вскоре пришел капитан и грубым тоном спросил, зачем

его потревожили. В ответ Кинг поздоровался и потребовал, чтобы им разрешили на время вынести товарищей, не спо-

собных самостоятельно передвигаться. Коливьеру отказал, мотивируя тем, что осужденные могут незаметно выбраться

из трюма и овладеть судном. Кинг презрительно посмотрел

на англичанина.

Капитан, соображайте хоть немного! У вас больше

шестидесяти человек, а нас чуть более ста и половина из

нас больны, у вас есть оружие, а у нас лишь руки и зубы.

Думайте, что говорите!

Коливьеру недовольно поморщился, опять этот прокля-

тый католик прав.

Хорошо, но ненадолго и один.

Попеременно, у нас много нуждающихся.

Пусть будет так.

С ними будет один из осужденных.

Довольно! Это последнее!

Мы больше не просим.

Следует отметить, что Кинг никогда не говорил «я», только – «мы». Так он создал у капитана представление, что среди осужденных образовался союз, а хуже этого для

Коливьеру не было ничего. Союз – уже организация, и воз-

никала реальная опасность бунта – этим терять нечего! И

это значило, что платить казне за недосмотр придется из

своего кармана. Неизвестно, знал об этом Кинг или нет, во

всяком случае, догадывался и умело пользовался этим.

Кинг и Огл помогли выбраться на палубу Майкилу, а за-

тем Сэлвор послал к нему Элин.

43

Эмиль Новер

Побудь рядом с ним – мало ли что!

Легко понять поступок ирландца: ирландка страдала

больше других, и многие удивлялись тому, что она еще жива.

Несколько часов на палубу выходили измученные роя-

листы и уголовники и жадно вдыхали свежий морской воз-

дух. Иных приходилось вытаскивать, настолько они были

обессилены. Близился вечер и под этим предлогом Кинг

попросил капитана продолжить эту процедуру на следую-

щий день и постепенно сделал ее ежедневной. Одновре-

менно проветривался и трюм, облегчая осужденным пре-

бывание в нем.

Шли дни, «Морнинг» плыл и плыл, один среди безбреж-

ного океанского простора. Погода стояла на редкость хо-

рошая, ветер был умеренный, изредка усиливаясь. Коливь-

еру полагал, что если так будет и дальше, то довольно ско-

ро они достигнут берегов Вест-Индии.

Смертность среди осужденных резко снизилась благо-

даря Стэрджу. После неоднократных требований, поддер-

жанных остальными осужденными, Питер получил доступ к

лекарствам и своим искусством помог многим обреченным.

Кинга негласно признавали вожаком осужденных. Ему

беспрекословно подчинялись роялисты, старались не пере-

чить уголовники. Справедливости ради, следует отметить, что Сэлвор не стремился к верховенству. Это понял Огл, когда как-то вечером в разговоре спросил:

Кинг, почему ты решил помочь нам?

Сэлвор усмехнулся.

Приготовься удивляться, я и сам не думал помогать.

Как?

У меня привычка: если есть возможность, то дерись

до конца за свою жизнь. Когда попал сюда, подумал – вс!

Но потом пришел в себя и решил облегчить муки Свирта –

вс какое-то занятие! Затем ты, а потом и другие поддер-

жали меня. Не мог же я обмануть ваше доверие.

Да, это так, – согласился Блэрт.

Дни бежали один за другим и вскоре бывшие среди

осужденных моряки стали замечать верные признаки близ-

кой суши. В один из таких дней Элин, как обычно, сидела на

44

Капитан «Дьявол»

палубе, разговаривая с Майкилом, как вдруг Свирт показал

рукой на небо, спрашивая ирландку:

Ты видишь, Элин, кто там?

Птицы, – удивилась женщина, вопрос показался ей

странным, что необычного в крылатых обитателях земли.

Так ведь земные птицы, а не морские, – победоносно

произнес Свирт.

Верно, – послышался из трюма голос Сэлвора, сто-

явшего на трапе и также смотревшего в небо. – Завтра или

послезавтра придем к месту, назначенному нам королем!