Орлова чуть разочарованно кивнула и снова принялась умиротворенно смотреть на лавандовые волны. Ейщаров, закурив, отвернулся и неторопливо пошел к машине. Идя, он смотрел на дисплей телефона, который держал в руке.

Телефон звонил еще не раз.

Отвечать он не стал.

Пожилая женщина, торопливо оглядевшись, скользнула в переулок, низко опустив голову. Переулок казался совершенно пустым, в нем не ощущалось ни единого биения жизни, поэтому женщина очень удивилась, когда кто-то схватил ее за руку. Она подняла голову и удивилась еще больше, но почти сразу же не на шутку испугалась.

– Ты?

– Пошли, - коротко приказал державший за руку и кивнул на стоявшую у выезда машину.
– Быстро.

– Катюша...
– елейным голосом протянула женщина и осеклась, потянув носом.
– Погоди-ка. Ты не Катя.

– Конечно нет, - раздраженно ответила гибкая привлекательная особа с лицом печальной мадонны, но совершенно непечальными, злыми глазами.
– Зато я знаю, кто ты.

– У тебя левое ухо больше правого, - пожилая женщина заухмылялась.
– Мужское ухо.

– Черт!
– с чувством сказала "Катя" и прикрыла ухо свободной ладонью. Женщина снова потянула носом, и рука особы спрыгнула с уха и превратилась в крепко сжатый кулак.
– И думать забудь! Подавишься! Ты сейчас без сил, так что я с тобой что угодно могу сделать!

– Ты такой же, как те двое!
– прошипела женщина, пригнувшись.
– Я и раньше таких видала! Да сколько ж вас развелось?!

– Мне нужны другие! Такие как ты! Где ваши главные?

Женщина радостно захихикала.

– Ты что ж думаешь, у нас организация?..

– Слушай, мне на вас плевать!
– заверила "Катя".
– Вы - мерзость, но вы здесь давно, и мир от этого особо не страдает. А таких, как я, тут быть не должно. Я хочу, чтоб они исчезли. Уверен, что и вы того же хотите!

"Посудомойка" окинула его пристальным взглядом, повернулась и покорно пошла к машине.

Из обмена sms-сообщениями:

Э.Ш. "Почему вы не берете трубку?"

О.Г. "Почему не дождались сопровождения?"

Э.Ш. "Я не люблю сопровождения"

Э.Ш. "Вы что - обиделись?"

Э.Ш. "Ну и ладно"

Э.Ш. "Кстати, я вам отчет послала"

О.Г. "Я читаю"

Э.Ш. "Вы не представляете, кого я видела!"

О.Г. "Я читаю"

Э.Ш. "Мы раскрыли кого-то вроде вампира!"

О.Г. "Ну, значит, мы провели время примерно одинаково"

Э.Ш. "Слава богу!"

Э.Ш. "Чего-чего?!"

Э.Ш. "Я вам сейчас позвоню"

О.Г. "Не пугайте"

Э.Ш. "Вы возьмете трубку?"

О.Г. "Возьму"

О.Г. "Ну?"

О.Г. "Звоните или как?"

Э.Ш. "Хе-хе!"

О.Г. "..!!!"

Э.Ш. "Как вы меня назвали?!"

Когда у мужчины ломается машина, это, большей частью, неприятность.

Когда у женщины ломается машина, это либо катастрофа, либо, опять же, неприятность.

Эша Шталь принадлежала к той категории женщин, для которых подобное происшествие является катастрофой. А поскольку вокруг не было ни души, а в обозримом пространстве наблюдался лишь густой березняк, то катастрофа приобретала поистине вселенские масштабы.

"Фабия" сломалась тихо и деликатно. Она не скрежетала, не урчала и не исходила паром или дымом, не хлопала пробитыми шинами и не тряслась, как в лихорадке, - просто остановилась, едва слышно вздохнув, и наотрез отказалась ехать дальше.

– Э й!
– испуганно сказала Шталь.
– Ты чего?!

Она торопливо покрутила ключом в замке зажигания, но двигатель остался мертв. Бензина в баке еще было предостаточно, и, в течение нескольких минут глядя на приборы и не придя ни к каким выводам, Эша выбралась из машины в жаркий летний полдень, открыла крышку капота и глубокомысленно заглянула под нее, хотя, впрочем, могла бы этого и не делать. Ибо об устройстве автомобиля Эша знала лишь немногим больше, чем древние славяне о двухъядерном процессоре.