– Приходите к нам еще, - сказала Катюша с осенней улыбкой. Эша кивнула, слегка пошатнувшись от этого движения. Подумала, не учинить ли и Катюше посудный допрос, но тут же решила, что и одного допроса на сегодня, пожалуй, хватит, помахала Любе, которая в ответ помахала бокалом, помахала Катюше, которая, не сдержавшись, необидно хихикнула, помахала латам в углу, которые вообще никак не отреагировали, вероятно, будучи невежливыми от рождения... пардон, от дня производства. После этого Эша Шталь с достоинством покинула обитель оружия и монументальной мебели. Величавость отхода была подпорчена тем, что на ступеньках она дважды споткнулась. Пазар.

А впрочем, ничего особенного.

* * *

В очередной раз спустившись в холл, Маленко недоуменно огляделся. Недоуменность была окаймлена легкой паникой - ему хотелось как можно быстрее выбраться из этого здания на свежий воздух. Он обошел здесь почти все вдоль и поперек, встретился со многими людьми и окончательно уверился в том, что под вывеской ейщаровского офиса скрывается сообщество опасных сумасшедших. Более того, еще полчасика, проведенные здесь, и он сам превратится в сумасшедшего.

Сотовые коллег были отключены. Владимир звонил им уже несколько раз, но приветливый женский голос сообщал, что абонент недоступен. Глупо было разделяться. Конечно коллеги - люди тертые, но кто знает, что они успели увидеть и что с ними могли сотворить? Лично он увидел более чем достаточно.

Владимир решительно развернулся, намереваясь проследовать прямиком в ейщаровский кабинет и потребовать объяснений, но тут приметил блестящий глаз, внимательно и с опаской наблюдавший за ним из зарослей аспарагуса. Оглядевшись, Маленко осторожно подошел и раздвинул пушистые веточки. За зеленью обнаружился Игорь Байер, сиротливо сидящий на плетеном стульчике, сложив руки на коленях.

– Ты чего тут?
– удивился Маленко.

– Да так...
– Байер пожал плечами и вытащил смятую пачку сигарет.
– Прикурить есть?

Маленко протянул ему зажигалку, но Игорь не взял, а как-то тоскливо спросил:

– А спичек нет?

Маленко, который к моменту обнаружения коллеги был уже достаточно зол, разразился длинной тирадой, весь смысл которой сводился к: "А какая тебе, хрен, разница?!" Байер непривычно вяло улыбнулся, сигареты спрятал, пощупал себя за запястье, после чего зачем-то поинтересовался:

– А как я выгляжу? Нормально?

– Да ты чего?
– Владимир удивился окончательно.
– И телефон зачем отключил?

– Чтоб не мешал. Подумать хотел... Слушай, шестьдесят пять лет - это ведь так мало... А выглядел - ну просто кошмар! Сейчас тридцать четыре, а уже жить неохота - как вспомню...
– Игорь цветом лица почти слился с окружающими его веточками аспарагуса.
– Может, это действительно какой-то галлюциноген, да только все так натурально.

– Я понял, о чем ты, я тоже видел много чего странного, - Владимир слегка успокоился, хотя вид Байера его здорово напугал. Коллега вскинул голову и с надеждой вопросил:

– Видел? Правда?! Зеркала видел? А зажигалки? А мужика, который из дыма картины делает? А монитор - они его несут, а он мне: "Байер!" - я думаю, какого...

– Похоже, они всех нас траванули, - Маленко протянул руку и с трудом стащил слабо упирающегося Байера со стульчика.
– Ничего, мы с ними посчитаемся! Давай, пошли, нужно остальных найти!

– Я туда не пойду!
– решительно заявил Игорь и дернул плечом, высвобождаясь.
– Я хочу уехать! Я домой хочу... хотя разве это домом назовешь? В чем-то здесь... Мне надо на воздух... наверное.

– Хорошо, иди на улицу, я сбегаю поищу их, - Маленко наклонился и поднял папку, которую Байер сунул в кадку к аспарагусу - очевидно, для лучшей сохранности.
– Что-нибудь успел? Наработки имеются?

– Да, успел...
– лицо Байера слегка оживилось, и на нем появилась довольно глупая, по мнению Владимира, улыбка.
– Полтинник зеленью проиграл, представляешь! Немного, а обидно - я же в тот раз был практически уверен...

– Ты о чем?

– На третьем этаже заглянул, когда искал... ставки там делали, - Байер снова проверил свой пульс.
– Я посмотрел, потом тоже поставил... Ну, утешает, большинство тоже проиграло, а тот карлик, Славка, ух я б ему...

– Какие ставки?!
– вскипел Маленко.
– На что?!

– На то что нарисует ручка.

– Так, давай на воздух!
– развернув коллегу, Маленко толкнул его к дверям, возле которых скучали громоздкие местные охранники, казавшиеся довольно беспечными. Байер снова начал упираться, слабым голосом пытаясь что-то доказать, в этот момент от лестницы долетел звук спускающихся шагов, и, обернувшись, оба увидели главу комиссии. Максим Егорович шел как-то странно, в раскорячку, недавно аккуратно уложенные волосы торчали слипшимися перьями, а глаза сонно моргали. Когда он подошел ближе, на его темных брюках обнаружилось большое мокрое пятно. Еще одно пятно было на рубашке - поменьше, кофейного цвета, слегка замытое.