Чаепитие и перекус много времени не заняли, и вскоре небольшой отряд продолжил путь.

Поднявшись на гребень очередной сопки, Орлик втянул ноздрями воздух и всхрапнул, что-то почуяв. Передвинув поудобнее кобуру, Кожин, стараясь делать это незаметно, расстегнул клапан.

– Не волнуйтесь, товарищ лейтенант, - заметив его движение, сказал Храмов.
– Тут чужих не будет. Это конь ваш Иваныча почуял. Он завсегда нас здесь встречает. Костер увидит - и к дороге выходит.

– Это кто ж таков-то?

– Живет он здесь. Давно уже. Еще и заставы нашей не было, а он уж тут свой дом поставил.

– А встречает он вас зачем?
– оглядываясь по сторонам, поинтересовался лейтенант.

– Дак газеты мы ему привезли. Новости, опять же. Тут, хоть и тайга, а интерес у людей имеется. Да вы головой-то попусту не крутите. Небось, увидеть его хотите? Так не старайтесь понапрасну: он, ежели захочет, рукою вас потрогать может, прежде чем вы его увидите. Столько лет в тайге, тут чему угодно научиться можно.

– Это ты, Петя, правильно сказал, - прозвучал совсем рядом чей-то голос.
– Только вот сам учиться не шибко спешишь. Столько лет уж здесь, а все такой же.

Крутанув головой, лейтенант увидел в трех шагах от себя неподвижно стоящего человека. Кожин мог поклясться, что еще пару секунд назад на этом месте никого не было. Незнакомец стоял в свободной позе, опираясь рукой на дерево. Через плечо стволом вниз висело ружье. Интересное, кстати говоря, оружие! Двустволка с вертикальным расположением стволов. Один ствол, судя по калибру, был нарезной, второй - гладкий. На ружейном ремне прикреплены патронташи, в каждом из которых торчало по несколько штук патронов. Такой же патронташ имелся на прикладе. Никакого другого оружия у незнакомца не было, только на поясе висел нож в ножнах.

– Тьфу на тебя, Иваныч!
– дернулся в седле старшина.
– Прекращай эти свои шуточки! Незнакомого человека так и напугать можно.

– Да какие же это шутки? Сколько раз тебе, Петя, говорил: внимательнее надо быть! Тайга - она невнимательных не жалует. А что до незнакомых - извиняйте, не признал сразу. Думал, свои все.

– Да ничего-ничего, товарищ!
– нашёлся Кожин.
– Меня тоже напугать не так-то легко, это уж старшина преувеличивает. Приходилось, знаете ли, в переделках бывать.

– А вы, как я понимаю, командир новый будете?

– Правильно понимаете, товарищ.

– В таком разе позвольте вам представиться: Шведов я, Александр Иванович, житель здешний. Будете мимо проходить - милости прошу на чаек.

– Кожин Михаил Федорович. Назначен на заставу командиром.

– Ну, и слава богу. Не дело это, когда отряд без командира. Льщу себя надеждой встретиться с вами еще не раз.

Спешившийся красноармеец подал Шведову пачку газет и небольшой мешочек. Тот степенно кивнул головой в знак благодарности.

– Не смею более задерживать вас. До заставы путь неблизкий.

И гость бесшумно растворился в близлежащих кустах.

– Ничего себе!
– покачал головой лейтенант.
– Прям как леший. Его даже не слышно совсем. Это откуда же он такой выискался?

– Всегда тут был. Как мы костер на перевале зажгли - так и он сюда наладился. У него из дому место это видно, раз огонь горит - так, значит, скоро на заставу поедут. Как раз ему сюда и дойти. Мы ему газеты возим, порох иногда купить просит да свинец. Нам не в тягость, а благодарность от хорошего человека приятна. Принято здесь так, друг другу помогать. Своим - тем более.

– В каком это смысле - своим?

– Он, товарищ лейтенант, в некотором роде сослуживец наш, - проговорил старшина.

– Это как?

– Так тоже из пограничников.

– А служил где?

– Дак... При царе и служил, в этих самых местах. Раненый - тоже, видать, супостаты подстрелили. Он оттого и в отставку вышел. До революции ещё.

– Это выходит - он из белых?

– Какие тут белые, товарищ лейтенант! В этих лесах войны не было. Не за что здесь воевать. Он тут чуть не с семнадцатого года живет. Во всяком разе, когда мы сюда пришли заставы ставить, он сам к нам первым пришел. Советы дельные давал, опыта у него хватает. И помогал не раз.

– А звание у него какое?

– Штабс-капитан.

– Офицер, стало быть?

– Точно так, товарищ лейтенант.

– Проверить его надо.

– На моей памяти, товарищ лейтенант, только вы уж не обижайтесь, вы пятый будете, кто это делает! Каждый новый командир, что сюда приезжал, аккурат с этого дела и начинал. Да бестолку это. Иваныча и в отряде знают хорошо. И ценят. Году в двадцать пятом через его распадок бандиты уходили. Кровищи на них было полно, терять было нечего. Вот и шли они к границе самым коротким путем. А путь этот один: через его дом. Он прям посреди распадка и стоит. Тогда вся округа на дыбы поднялась. Почитай, всем миром этих негодяев ловили. Они ж перед тем как уйти два хутора здешних разорили. Взяли по мелочи, но в живых никого не оставили. Такая уж у них натура звериная. Ну, взяли они харч, лошадей - людей-то за что стрелять?