Шрифт:
– Дело в том, батюшка,- настойчиво говорила панна Кульбас,- что это в Ваших интересах.
Дьяк сделал удивительное лицо, а Инга продолжила:
– В наших краях нечистая сила очень часто себя проявляет. Как Вы думаете, что будут говорить о священнике, на территории которого нечисть чувствует себя, как дома? А, если эти слухи дойдут до Киева, то может встать вопрос о соответствии священному сану. Как Вам такой поворот событий?
Панна посмотрела на подавленного отца Евсея. Сломленный мощью Инги, батюшка проговорил:
– Приказывайте, что я должен выполнить?
– Ну, зачем Вы так? Что значит приказывайте? Я Вас просто прошу помочь себе и своим землякам,- бархатным голосом промурчала панна Кульбас.
“Да у этой женщины коготки посильнее, чем были у ведьмы,- подумал отец Евсей,- попадешься, не вырвешься. Она будет, как кошка с мышкой с тобой забавляться, придушит, потом отпустит, потом опять придушит. В её пушистые лапки лучше не попадаться. А попал - не шути с ней. Так придушит, что и не вздохнешь”.
– И как же я могу помочь своим землякам?- безразличным тоном спросил дьяк.
– Надо освятить бывшую могилу упыря в Ведьмином Яру. Это та, в которую вы вместе со старостой закапывали панну Марылю. Помните?- совершенно спокойно проговорила панна Кульбас, как будто речь шла про освящение яиц на Пасху.
– Что-о?- ошарашенный услышанным, протянул священник.- Ну, знаете? Вы уже лучше меня сразу закопайте в ту могилу, а сверху святой водой полейте. Вот и будет освящение могилы с моим непосредственным участием. Вы что не понимаете, что там дьявольская земля?
– Если бы я не понимала, то и не просила бы Вас ни о чем,- продолжая изображать спокойствие, говорила Инга.- Скажу Вам больше - это не просто дьявольская земля, это выход из пекла. Так, что, если мы Вас туда положим, то Вы окажетесь совершенно в противоположном раю месте. Перестаньте капризничать, батюшка. Вы же не один туда пойдете, Вам будет помогать знахарь Цимбалюк. Знаете такого?
– Еще бы не знать. Расстрига, богоотступник! Он же сам колдун и есть. Да меня за такое освящение в компании с еретиком, скорее лишат сана, чем, если я вообще ничего делать не буду.
– Сана Вас не лишат только в том случае, если я сама этого не захочу,- резко прервала дьяка панна Кульбас.- Даю Вам слово, что когда Вы выполните мою просьбу, я лично сделаю все, чтобы Вас повысили по вашей церковной иерархии.
Отец Евсей сразу же воспрянул, лицо у него порозовело, в глазах появился блеск.
– Конечно, конечно, ясновельможная панна, сделаю все, что Вы просите. Когда идем святить?
– Я завтра скажу Вам. Только не подведите меня. Никому не советую меня расстраивать. Помните, что я с ведьмой сделала?
У дьяка холодок побежал по спине.
– Не извольте беспокоиться, считайте, что я уже все освятил.
– Заверните картину в полотно, я возьму её с собой. Старосте скажите, чтобы зашел ко мне за деньгами,- распорядилась Инга и, прихватив свой портрет, пошла домой.
Ей нужно было торопиться. Солнце уже присматривалось, как бы ему поскорее спрятаться за лесом.
25. Ворожба.
Дома, быстро одевшись и пообедав на скорую руку, панна Кульбас отправилась к реке. Ей хорошо была знакома заводь, о которой говорил Цимбалюк. Она часто ходила купаться в это место. Особенно Инге нравилось ночью плавать в реке.
Знахарь уже был на берегу. Увидев подошедшую девушку, он спросил:
– Серебро принесли?
– Да, ответила панна Кульбас и протянула старику несколько серебряных монет.
Как только дневное светило коснулось края земли, на воде образовалась красная дорожка от преломленных лучей, Цимбалюк бросил серебро в воду. От булькнувших монет по заводи пошли круги. Знахарь начал произносить заклинание:
– Серебро очисти воду, покажи мне всю правду. Река ответь мне, о чем спрошу. Спрашивайте, панна.
Девушка вздрогнула от неожиданно громкого голоса и проговорила:
– Хочу знать, здоров ли полковник Головань?
Цимбалюк смотрел на воду отрешенным взглядом. Инга тоже сосредоточила все свое внимание на заводи. Вдруг, в красной воде они увидела отражение Игната. Он ехал на коне по степи, а рядом с ним были какие-то всадники.
– Полковник Головань жив и здоров,- ответил знахарь.
– Я тоже вижу его,- сказала девушка, указывая рукой на реку.
Цимбалюк взглянул на Ингу, улыбнулся и одобрительно покачал головой: