Стефания кивнула. Оцепенение накрыло её густой плотной волной, затуманив сознание, оставляя после себя тянущую пустоту. Память предательски подсказало, что это, заставив виконтессу ужаснуться собственным чувствам.

Извинившись и поблагодарив за заботу, она пробормотала, что действительно чувствует дурноту, присела в прощальном реверансе, покачнулась и лишилась чувств.

Стефания очнулась на постели в окружении множества незнакомых людей. Приглядевшись, поняла, что всё ещё в замке, комнате герцога.

Кто-то распустил ей корсет; в носу стоял резкий запах нюхательной соли.

– Не беспокойтесь, миледи, я лекарь, - улыбнулся сидевший рядом с ней на кровати мужчина и пощупал пульс.
– Вы упали в обморок от духоты.

Виконтесса понимающе кивнула, заверила, что с ней всё в порядке.

Лекарь встал и задёрнул полог, чтобы Стефания могла привести себя в порядок. Она поспешила зашнуроваться, оправила юбки и неожиданно вспомнила о потайном кармане. Кончики пальцев вспотели от страха: вдруг заметили? Тогда виконтесса не оберётся неприятностей.

Поправила сбившийся чепец, Стефания встала и поспешила извиниться за доставленные неудобства.

– С вами точно всё хорошо, миледи?
– заботливо поинтересовался герцог, протянув ей руку.
– Вы бледны…

– Это всё тугой корсет, Ваша светлость, - улыбнулась виконтесса.

Всё ещё чувствуя лёгкую слабость, она оперлась о локоть Лагиша и присела в кресло.

– Я так и не сказала вам, зачем пришла…- нутряной жар обагрил щёки румянцем, стеснил грудь. Захотелось вновь ослабить корсет, обмахнуться чем-нибудь.
– Я желала бы поблагодарить вас, Ваша светлость.

– За что же?
– вопросительно поднял брови герцог, встав напротив неё.

– За сына. Вы воспитали благородного рыцаря, верного устоям веры и чести. Он спас меня от смертельной опасности.

– Рад слышать, что Ивар сумел быть вам полезен. Что-то ещё? Полагаю, ваш покровитель не одобрит общения с узником.

Стефания кивнула и, попрощавшись, ушла. За порогом ей сразу стало легче, хотя последствия обморока всё ещё давали о себе знать.

Ивар встретил её в соседнем квартале, поинтересовался, как всё прошло. Виконтесса подтвердила, что благополучно передала письмо, герцог пребывает в добром здравии, и попросила проводить во дворец.

– Когда мы снова увидимся?
– поцеловав ей руку, с замиранием сердца спросил маркиз.

– Не знаю, - честно призналась Стефания.
– Я обычно не одна, то с королевой, то с сестрой, то с Его высочеством. Но постарайся бывать при дворе…

– Чтобы украсть у других минутку вашего драгоценного времени, - закончил за неё Ивар.

– Я не настолько жестокосердна, милорд, - улыбнувшись, возразила виконтесса.
– А теперь, прошу, поговорим о другом, иначе мне тяжело будет разыгрывать беспечность перед придворными.

– Как пожелаете, миледи, - он снова склонился над её рукой.

Поколебавшись, Стефания протянула Ивару платок - тот просиял и прижал подарок к груди.

К сожалению, планам виконтессы не удалось сбыться. Сначала не отпускали обязанности фаворитки: приходилось дневать и ночевать с наследником на первом длительном выезде двора. Маркиз Дартуа в число избранных не входил и остался в столице. Стефания же обживала покои в загородном дворце монаршей четы в живописном местечке в озёрном крае. К её услугам был скромный штат слуг и даже несколько юных придворных дам для разговоров.

Хлоя, безусловно, устроилась с большей помпезностью, собрав вокруг себя малый двор.

Королева смотрела на развлечения мужа и сына сквозь пальцы, благо обе фаворитки проявляли к ней должное почтение и не позволяли себе примерять корону. Её величество по-прежнему благоволила к сёстрам, прося то одну, то другую спеть или почитать. Заодно, и на глазах.

Наследник и король соревновались друг перед другом в щедрости, преподнося любовницам подарки. Стефания красовалась на танцах платьем с расшитым золотом лифом, Хлоя сверкала бриллиантами.

По ночам спальни обеих не пустовали, благо примыкали к покоям высочайших особ.

Жизнь текла между охотами, пикниками, танцами и представлениями, прославлявшими монарха, его несравненную богиню весны - Хлою, мудрость Её величества и красоту придворных дам. Стефания участвовала во всех постановках: наследнику нравилось любоваться на её тонкий стан в разнообразных одеждах. Похоже, он всерьёз увлёкся ей: вот уже пятый месяц не прельщался другими женщинами. Принц то и дело уединялся с виконтессой, не считаясь со временем суток, и возвращался неизменно довольным.