Прикрыв глаза, он приставил пистолет к виску.

– Бах, – прошептал он.

Потом положил пистолет на кровать и снял одну из наволочек. Положил его внутрь и завернул, словно бинтом. Он сунул пистолет под матрац и лег на кровать.

Все это было похоже на сказку, где принцессе пришлось спать на постели с горошиной или чем-то в этом роде. Вот только Питер не был принцессой, и тайник не помешает ему уснуть.

На самом деле, благодаря ему он будет лучше спать.

В своем сне Джози стояла в красивейшем вигваме. Стены были сделаны из промасленных оленьих шкур, крепко сшитых золотыми нитками. Вокруг нее разворачивались истории, нарисованные оттенками красного, желтого, фиолетового и синего – сказки об охоте, любви и потерях. Вместо подушек лежали роскошные шкуры буйволов, угли, словно рубины, мерцали посредине. Подняв голову, она увидела звезды сквозь отверстие для дыма.

Вдруг Джози поняла, что ее ноги скользят и, что еще хуже, она не может их остановить. Она посмотрела вниз, но не увидела ничего, кроме неба. И не поняла, то ли это она оказалась настолько глупой, что поверила, будто можно гулять среди облаков, то ли это земля исчезла у нее из-под ног, как только она отвлеклась.

Она начала падать. Она чувствовала, как переворачивается в воздухе вверх ногами, как надувается юбка и ветер скользит между ног. Она не хотела открывать глаза, но не могла удержаться и подсматривала: земля неслась навстречу с пугающей скоростью, крошечные зеленые, коричневые и синие квадраты росли, на них проявлялись детали, они становились более реалистичными.

Вот ее школа. Ее дом. Крыша над ее комнатой. Джози поняла, что сейчас упадет на нее, и внутренне напряглась, приготовившись к удару. Но во сне люди никогда не падают на землю, никогда не видят своей смерти. Вместо этого Джози услышала всплеск – ее одежда расплылась, словно огромная медуза, когда она упала в теплую воду.

Она проснулась, задыхаясь, и поняла, что ощущение влаги не исчезло. Она села, подняла одеяло и увидела под собой лужу крови.

После трех положительных тестов на беременность, после трехнедельной задержки у нее случился выкидыш.

«Спасибогосподиспасибогосподиспасибогосподи». Джози зарылась лицом в простыни и заплакала.

В субботу утром Льюис сидел за кухонным столом, читал последний номер «Экономиста» и методично поглощал вафли, когда зазвонил телефон. Он посмотрел на Лейси, которая – она стояла у раковины – была теоретически ближе, но та подняла руки, с которых капала мыльная вода.

– Ответь, пожалуйста…

Он встал и снял трубку.

– Алло?

– Мистер Хьютон?

– Я слушаю, – сказал Льюис.

– Это Тони из «Бернсайда». Привезли пули со срезанной головкой, которые вы заказывали.

«Бернсайдом» назывался оружейный магазин, Льюис заходил туда осенью, чтобы купить растворитель и патроны. Раз или два ему повезло, и он приносил туда оленя на взвешивание. Но сейчас был февраль, и сезон охоты на оленей закончился.

– Я их не заказывал, – сказал Льюис – Это, наверное, какая-то ошибка.

Он повесил трубку и вернулся обратно к вафлям. Лейси вытащила из раковины огромную сковородку и поставила ее в сушку.

– Кто звонил?

Льюис перевернул журнальную страницу.

– Ошиблись номером, – ответил он.

У Мэтта была назначена хоккейная игра в Эксетере. Джози ходила на его игры дома, а выездные матчи посещала редко. Но сегодня она попросила у мамы машину и отправилась на побережье, выехав пораньше, чтобы застать его в раздевалке перед игрой. Она заглянула в раздевалку для приезжей команды, и в нос ей тут же ударил резкий запах, исходящий от спортивного снаряжения. Мэтт стоял к ней спиной, одетый в нагрудник, штаны с мягкими вставками и в коньках. Он еще не успел натянуть свитер.

Кое-кто из ребят заметил ее раньше.

– Эй, Ройстон, – сказал парень на год старше, – похоже, прибыл президент фан-клуба.

Мэтт не любил, когда она приходила перед игрой. Вот после – это обязательно, ему было необходимо с кем-то праздновать свою победу. Но он четко дал понять, что у него нет времени на Джози, когда он готовится к игре, что ребята будут смеяться над ним, если она будет так к нему липнуть, что тренер хочет, чтобы игроки ни с кем не общались, а сконцентрировались на игре. И все же она решила, что в этом случае можно сделать исключение.

По его лицу пробежала тень, когда парни начали выкрикивать ему в след:

– Мэтт, тебе что, нужно поднимать тонус?

– Быстро дайте парню клюшку побольше…

– Ага, – крикнул им Мэтт, шагая по резиновым матам к Джози. – Вам просто тоже хочется, чтобы кто-то мог облизать украшение на шлеме.

У Джози вспыхнули щеки, когда раздевалка взорвалась смехом в ее адрес, и пошлые реплики переключились с Мэтта на нее. Схватив ее за локоть, Мэтт вытащил Джози наружу.

– Я же говорил, чтобы ты не мешала мне перед игрой, – сказал он.