Шрифт:
неделю 1376 года его отправили с тайной миссией по поручению государя – “in secretis negociis domini regis”, но характер и цель этой миссии нам неизвестны. Возможно, это было
связано с заключением в Ноттингем-Касл Питера де ла Мара, а может быть, Чосер занимался
устройством брака юного наследника Ричарда с французской принцессой. Последнее вполне
вероятно, так как в поездке ему сопутствовал брат Ричардова воспитателя, но ясности тут мы
не наблюдаем. Единственное, что можно утверждать определенно, – Чосер был тогда
вовлечен в самые неотложные дела короны. Он не являлся поэтом, время от времени
выступавшим в роли дипломата и государственного деятеля. Он был государственным
деятелем и дипломатом, время от времени отдававшим свой досуг поэзии.
В последовавшие за тем несколько месяцев он не менее четырех раз предпринимал
поездки во Францию по делам. Он был так занят, что весной 1377 года ему было разрешено
поручить свои обязанности в Лондонском порту своему заместителю Томасу Ивсхему,
“sepius in obsequio nostro in partibus remotis occupatus”, то есть ввиду его занятий делами
короля за рубежом. В чем заключались эти занятия, также неясно; первое место, куда он
направился, был Париж, далее – неизвестно. Вполне возможно, что цель поездок была
опять-таки связана с предполагавшимся союзом юного Ричарда с французской королевской
династией. И союз этот переставал быть гипотетическим. Двадцать первого июня 1377 года, по словам Фруассара, “достославный и благородный король Эдуард III отошел в мир иной, к
великой скорби своих английских подданных”. Назревали перемены.
Глава шестая
При дворе короля-ребенка
Перемена правителя, однако, впрямую не затронула Чосера. Молодой король Ричард II был внуком Эдуарда III и сыном умершего в 1376 году Черного Принца. На английский
престол он взошел, когда ему было всего одиннадцать лет, и до его вступления в возраст
делами королевства заправлял в основном Джон Гонт. Официальным регентом Гонта не
провозглашали, но тем не менее правил он. За свое положение в качестве инспектора
таможенных сборов на торговлю шерстью Чосер мог быть спокоен, во всяком случае на
следующий же день после кончины Эдуарда III Чосер был заново назначен на свой пост –
пустая формальность, обычная при передаче власти в королевстве, но формальность все же
обнадеживающая. Усиление Гонта, надо думать, было выгодно и всей семье Чосера. Его
жена и сын служили при дворе Гонта, свояченица же Чосера, Кэтрин Суинфорд, была и
вовсе на особом положении как любовница Гонта, пользовавшаяся огромным влиянием.
Со сторонниками и свитскими молодого короля Чосер также был коротко знаком; он
хорошо знал гофмейстера двора Роберта де Вера и его помощника Саймона де Берли, в свое
время не раз содействовавшего Чосеру в его продвижении по служебной лестнице. Знал он и
богатых купцов, субсидировавших короля, в том числе Николаса Брембра и Джона Хенди, как знал и лордов-рыцарей из окружения Ричарда-Джона Кланвоу, Ричарда Стери, Льюиса
Клиффорда, Уильямса Невила и Филипа Лаваша; последнему Чосер адресовал одно из самых
примечательных своих стихотворений – “Истина”. Все эти друзья-приятели постоянно
контактируют с ним на его общественном поприще – таможенной службе и в различного
рода свидетельских выступлениях и поручительствах. Большинство этих Ричардовых
вельмож служили еще при дворе Эдуарда в тот период, когда и Чосер подвизался там в
качестве сквайра; среди них он рос в чинах и поднимался по служебной лестнице. Словом, имея такие связи, Чосер был неплохо вооружен и защищен от штормов политических
междоусобиц, сотрясавших королевство в последующие годы.
Однако вельможи эти были связаны с Чосером и по другой линии. Лорд Клиффорд, например, доставил Чосеру большое удовольствие, привезя ему поэму Юсташа Дешана, в
которой французский поэт прославлял английского собрата как “великого знатока и
переводчика произведений французской культуры”. Джон Кланвоу также являлся
сочинителем – писал стихи и стал автором неопубликованного религиозного трактата под
названием “Два пути”. Оба вельможи, по-видимому, принадлежали к постоянным