– Она минимальна.

– А почему тебя так назвали, не помнишь? – спросил Леснид.

События далеких времен пронеслись в их памяти за доли секунды, и сердце Леснида на мгновение сжалось от того, что больше не свидеться с друзьями, помогавшими ему в борьбе с насекомоподобным пришельцем из соседней галактики. Насекомое-переросток строением отдаленно напоминало человека, и народ немедля окрестил инопланетное чудище Кощеем – от слова «кощть», что означало – «сухой, тощий или худой телом». Но самое забавное заключалось в том, что настоящее имя пришельца оказалось почти аналогичным прозвищу – к'Ощей.

– Я пришел сюда не для того, чтобы говорить о наших именах, – стальным голосом ответил к'Ощей. – Я много веков ждал и готовился к мести. Ведь ты не забыл, что сотворил со мной, Леснид-Кащей?!

– Такое не забывается, – по лицу Леснида расплылась довольная улыбка, и к'Ощей заскрежетал зубами от ярости. – Я вижу, ты теперь в человеческом теле. У кого стащил?

– Сам создал! – глаза к'Ощея метали молнии. – После того, что ты сотворил со мной, я не смог полностью восстановиться! Мне пришлось потратить сотни лет на создание этого тела, но зато теперь я неотличим от любого из вас. А теперь я нашел тебя, и вскоре посмеюсь последним.

– Не говори «гоп», пока не перепрыгнешь, – подметил Леснид. – иначе это плохо кончится.

– Я уже перепрыгнул, к твоему сведению, – оскалился к'Ощей. – И в этот раз ты не уничтожишь мою армию.

– А что мне помешает?

– К сожалению, я, – в дверях появился Игорь. Леснид повернул голову и посмотрел на помощника. Тот стоял у самого входа, а из-за его спины выглядывал озадаченный Григорий. – Уничтожать белочкариков бесполезно: они понятия не имеют, что служат этому маньяку. Мы уничтожим невинных людей, и спасибо нам не скажут.

– То есть?

К'Ощей торжествующе улыбался.

– Воздействие телевизоров? – спросил Леснид. – В этом дело?

Игорь кивнул.

– Белочкарики попадают в зависимость от телевизора, но из них не выкачивают энергию, а используют в качестве бесплатной рабочей силы, – пояснил он. – Они не помнят о том, что вытворяют, пока находятся под гипнозом. И уничтожая их, ты не сделаешь хуже врагу.

– Парень дело говорит, Леснид! – поддакнул к'Ощей, хорошо слышавший слова Игоря. – Я не забыл твои методы уничтожения врагов, и устроил так, что теперь твои удары меня не заденут, а ты превратишься в настоящего маньяка. Поздравляю, кстати: с нынешнего утра ты возглавляешь список серийных убийц – и все благодаря моим стараниям. Спецназ прибыл сюда тоже благодаря мне: я сообщил, где ты живешь. Я знаю, что ты создал философский камень и прожил сотни лет, но от современных пуль алхимия не спасет. И мне даже нет нужды уничтожать тебя лично, – довольный к'Ощей захихикал. – Ирония судьбы: тебя уничтожат потомки спасенных тобой людей. И я наконец-то сделаю то, что должен был сделать еще в средние века! И теперь люди добровольно отдадут мне то, что я хотел отобрать у них силой. Воздействие телевидения – великая вещь: она магнитит зрителей, и мне остается самая малость: отбирать для себя лучших из лучших. Твой друг правильно подметил: ты можешь перебить армию белочкариков, но я соберу новую. Сражаясь со мной, тебе придется полностью уничтожить человечество. Готов ли ты стереть людей в порошок ради их собственной пользы? – в голосе к'Ощея вновь зазвучали торжественные нотки.

Леснид потер подбородок, собираясь с мыслями.

– Я вижу, ты основательно подготовился, к'Ощей – заметил он.

– Все ради тебя, мой враг, все ради тебя!

– Но ты уверен, что не ошибся, посчитав меня хорошим парнем? – переспросил Леснид. – Иногда я крайне мрачный тип, с которым не каждый гопник решится столкнуться в темном углу.

– Хорош бравировать, – оборвал его к'Ощей. – Ты уже проиграл, и не надо напоследок строить из себя невесть что. Прими смерть со смирением – пришло твое время.

– А почему ты ее не принял со смирением в свое время? – ехидно заметил Леснид.

– По кочану, – буркнул к'Ощей. – Жить охота была. В общем, прощай, Леснид: я уже слышу звуки твоей смерти. А ты? Ты их слышишь, или малость оглох за прошедшие века?

Леснид прислушался. И правда: поначалу едва слышный и неприятный гул усиливался с каждой секундой. Леснид нахмурился и внезапно для всех хлопнул ладонями.

– Это что ли моя смерть? – спросил он, большим и указательным пальцами поднимая с ладони трупик мухи.

– Сюда едут военные, дубина!!! – рявкнул к'Ощей. – С настоящим – он выделил последнее слово, – оружием. С минуты на минуту произойдет большой пиф-паф, и тебе крышка, парень. Большая могильная крышка.

Леснид ловко метнул убитую муху, и та прилипла к объективу камеры.

Когда изображение на мониторе к'Ощея сфокусировалось, он скривился: нет ничего приятного в том, когда перед глазами висит убитое насекомое – сверхдальний и инопланетный, но все-таки родственник.

– В таком случае, пора заканчивать наш разговор, – объявил Леснид. – Мне надо завещание написать и заверить его у нотариуса, пока есть время. До скорой встречи на том свете, приятель!

– Поздно уже по юристам метаться! – успел выкрикнуть к'Ощей, прежде чем Леснид открыл окно, подхватил ноутбук и швырнул его далеко в сторону парка. Ноутбук пролетел метров сорок, приземлился на асфальт и разлетелся на кусочки.

Максим жалобно ахнул и негодующе воскликнул:

– А что, команда «format с» уже не в моде, да? Надо было непременно разбить ноутбук?

Леснид закрыл окно, и отъехавшая в сторону непробиваемая броня снова закрыло его с уличной стороны.

– Что ты хочешь? – спросил он.