– Вот, возвращаю с большой благодарностью. Если бы не она…

Тот несколько рассеянно принял книгу и погладил ее переплет. У меня в голове раздалось довольное мурлыканье. Так я последний раз услышал свою мудрую наставницу.

– Значит, вы действительно доставили тело королевы в Замок… – задумчиво проговорил библиотекарь. – И теперь надо, чтобы тело и душа воссоединились…

– Ты понял все совершенно верно, – подтвердил я.

Он посмотрел на меня, и в его взгляде проскользнула тоска:

– Боюсь, я ничем не смогу тебе помочь. Мне не встречались заклинания такого класса. Я, конечно, попробую что-нибудь отыскать, но…

– К тому же времени у нас в обрез, – добавил я. – Максимум сутки. А затем начнутся необратимые изменения…

– Получается, что мы все-таки потеряем королеву?!

В его голосе прозвучала затаенная мука, а мне ничего не оставалось, как только пожать плечами. Опять всего лишь пожать плечами.

– Я пойду… – пробормотал я и поднялся из кресла.

Твердоба тоже встал со своего места и, провожая меня до выхода, проговорил:

– Если я что-то отыщу, сразу поднимусь к вам… – но надежды в его голосе не было.

Я вернулся в королевскую спальню, обратив по пути внимание на то, что и у ворот Замка, и у парадных дверей замкового Дворца встали черные рыцари, приведенные Бертраном. Видимо, весь его отряд, закончив преследование и разгром рыцарей Храма, собрался в Замке.

В покоях Кины находились только Душегуб и Фродо. Тролль по-прежнему сидел в своем углу, а хоббит забрался на край королевской постели и, болтая ножками, пристально рассматривал неподвижно лежащую королеву. Увидев меня, он тут же бодро задал бестактный вопрос:

– Слушай, Гэндальф, тебе не кажется, что наша королева постарела?

– Она умирает… – тихо ответил я и опустился на ковер рядом с Душегубом.

Тот наконец-то пошевелился, повернул голову в мою сторону и спросил:

– Ты перекусил?

– Да.

– Можно нам с Фродо смотаться на кухню?

– Конечно.

– А ты один справишься?

В ответ я только улыбнулся.

Хоббит спрыгнул с кровати и сделал вид, что помогает Душегубу подняться с пола. Они молча вышли из комнаты, и только на пороге Душегуб бросил еще один внимательный взгляд в мою сторону. Как только дверь за ними закрылась, я поднялся и подошел к королеве.

Ее лицо было усталым, но абсолютно спокойным. Я долго вглядывался в тонкие, чистые черты этого лица, словно пытался запомнить его навсегда или… навсегда прощался с ним.

Не знаю сколько времени я так простоял, но неожиданно за моей спиной послышалось сдержанное, интеллигентное покашливание. Я обернулся и увидел… Качея. Тот стоял около дальней стены, переминаясь с ноги на ногу. Он словно сожалел о необходимости отвлечь меня от столь серьезного занятия, как пристальное разглядывание спящей королевы. Поскольку я мог достаточно точно предположить, с чем он ко мне заявился, мой вопрос прозвучал довольно грубо:

– Ну? Зачем явился, правитель?!

Качей, сделав шаг вперед, заговорил сбивчиво, захлебываясь и глотая буквы:

– Я хотел прийти раньше, но тут все время вертелись эти… твои… ну… братья… и… сестра. Поэтому я… вот… только сейчас… можно сказать… смог тебя… побеспокоить…

– Выкладывай, с чем пришел?! – перебил я его, а про себя подумал: «Это как же он прошмыгнул мимо людей Изома?»

– Я предлагаю сделку! – поспешно проговорил правитель, напуганный, видимо, моим резким тоном.

– Вот как? – заинтересовался я. – И какую сделку?

– Ты мне говоришь, куда Кина спрятала королевские регалии, а я тебе сообщаю, что хочет сегодня вечером предпринять Епископ.

– Постой, постой, – тут же ухватился я за его оговорку. – Значит, вещи, которые ты столь упорно разыскиваешь, у тебя вовсе и не крали?! Значит, на самом деле их спрятала хозяйка?! Интересно, от кого она их припрятала, уж не от тебя ли?!

Качей понял, что проговорился, и это неожиданно придало ему наглости.

– Да, регалии перепрятала Кина. Теперь я в этом окончательно убедился! Раз ты утверждаешь, что в Храме их нет, значит, моя племянница была более предусмотрительна, чем я о ней думал!

Произнося эти слова, он пристально наблюдал за мной, видимо, надеясь упоминанием о своем родстве с королевским домом смутить меня. Но к счастью, этот факт был мне уже известен, поэтому мой ответ был для Качея настоящей оплеухой:

– Ты считаешь, что каждый бастард имеет право устранять законных наследников короны?!