Фродо нахмурился, частыми, мелкими шажками приблизился ко мне, склонил голову к плечу, с минуту меня разглядывал, а затем спросил трагическим шепотом:

– И как же ты дошел до мысли такой?!

– А до какой мысли-то? – переспросил прямодушный Душегуб, чисто машинально встряхивая Качея, так что у того зубы лязгнули.

– Да! – тут же подхватил я этот коренной вопрос. – До какой же это мысли я дошел?

Хоббит снова посмотрел на меня долгим укоризненным взглядом, а затем повернулся к Эльнорде:

– До какой мысли он дошел?

Эльфийка медленно оглядела нашу компанию. Серьезными оставались только тролль, упрямо дожидавшийся ответа на свой вопрос, и хоббит, строго глядевший на девушку. До сумеречного эльфа дошло, что к ее пафосу в этой компании относятся, мягко говоря, несерьезно.

– Нечего делать из меня дурочку, недомерок шерстнатый! – заорала она на Фродо. – И нечего лыбиться! – повернулась она к нам с Изомом и непонятно чему улыбавшемуся Качею. – Ты, Конец Серый, лучше расскажи, о чем решил с Епископом договариваться!

И снова все повернулись в мою сторону, только теперь уже на меня смотрели серьезные, озабоченные физиономии.

– И как же я могу сказать, о чем собираюсь с Епископом договариваться, если еще не слышал его предложений! – раздражаясь, воскликнул я.

– Ты скажи, как ты вообще собираешься вступать в переговоры с этим негодяем?! – не унималась Эльнорда. – Ведь ему абсолютно нельзя доверять!

– Доверять ему нельзя, – согласился я. – А договариваться, видимо, придется! Во всяком случае, если он потребует чего-то в обмен на жизнь Кины, я буду готов серьезно рассмотреть его предложения.

Эльнорда возмущенно фыркнула, верная своей эльфийской бескомпромиссности.

– Возможно, Гэндальф прав, – задумчиво проговорил Изом. – Хотя мне тоже претят переговоры с этим… магическим мерзавцем, возможно, придется пойти на его условия.

– А я согласен с Эльнордой, – подал свой голосок Фродо. – С мерзавцами нечего договариваться, их надо уничтожать морально и физически!

– Беру назад «шерстнатого недомерка», – тут же отозвалась эльфийка. – Ты прекрасно развитый хоббит среднего роста с ясным и острым умом! В отличие от некоторых слабоумных чародеев и думающих лишь о своих выгодах графьев!

Новый яростный взгляд метнулся в нашу с Изомом сторону.

– Нет, – неожиданно прогудел Душегуб, – надо выслушать предложения Епископа…

– И ты туда же! – буквально завопила Эльнорда, а Фродо укоризненно посмотрел на тролля и покачал головой. Но Душегуба было трудно смутить:

– Надо его выслушать и… обмануть.

Эта мысль, по-видимому, показалась обоим экстремистам вполне здравой, но Эльнорда была слишком упряма, чтобы вот так сразу отказаться от своей непримиримой позиции.

– Нечего его слушать! Он тут будет языком чесать, а мы уши развесим!

– Но мы же еще не слышали его предложений! – снова возразил я. – Может быть, они и тебе покажутся вполне приемлемыми!

– Конечно, они покажутся вашей прекрасной спутнице приемлемыми! – прекратил наше препирательство ясный, звучный голос.

Мы мгновенно повернулись в сторону говорившего, но там никого не было, голос доносился из пустоты.

– Более того, я уверен, что она первой проголосует за принятие моих предложений, – продолжал уверенно вещать бестелесный голос. – Или я совершенно не разбираюсь в жен… прошу прощения, в девушках…

– Знаток нашелся… – процедила сквозь зубы Эльнорда, но я не дал ей возможности продолжать:

– Может быть, Епископ, ты присоединишься к нашей компании?

– С удовольствием! – тут же откликнулся он. – Тем более что, как я вижу, правитель Качей также почтил ее своим присутствием.

«Правитель Качей» задергался в лапах Душегуба, пытаясь принять более приличное его положению положение. Правда, получилось это у него не слишком убедительно.

Между тем в дальнем от нас углу спальни за постелью королевы возникло мерно вращающееся, похожее на водяную воронку, мерцание, которое постепенно усиливалось, разгоняя сгустившийся мрак и переходя из темно-синего цвета в зеленовато-желтый. Когда же оно стало походить на отблеск сусального золота, из него на пол комнаты шагнула затянутая в черный с серебром костюм фигура Епископа. Мерцание тут же погасло.

Появившийся молодой человек с легкой усмешкой оглядел нашу компанию:

– Прошу прощения, я, кажется, вмешался в разгоревшийся диспут…

– Выкладывай, с чем явился, Варвар! – перебил его прямолинейный тролль. Епископ слегка поморщился, как от грубой, непристойной шутки какого-то деревенщины, и повернулся в сторону Эльнорды:

– Ну разве я похож на варвара, милая леди? – с обаятельной улыбкой спросил он у эльфийки.

– Похож! – отрезала та. – Выкладывай свои предложения, раз уж ты здесь!