Мне было сорок лет, я познал все, что пытливый ум, вооруженный телом, может познать за этот срок, я понял, что и сорок сороков не дадут урожая истины, что знание тщетно. Я решил стать ветром, который не возвращается на круги своя, ветром для самого себя. Я ушел в горы, я забросил пустую побрякушку алхимии, я решил сам стать ретортой для возгонки философского камня.

Я размышлял, что делает человека рабом? Рабом других людей, рабом обстоятельств, рабом самого себя? И пришел к выводу, что это - самооценка, основанная на мнениях других людей. Свободен лишь тот, кто ценен сам по себе, как солнце в небе. И я решил стать солнцем для самого себя.

Я трудился, я страдал, я мыслил. И я стал солнцем для самого себя - черным солнцем. Я стал городом, в котором никто не живет. Я стал ветром, несущим смерть.

Теперь я знаю, что есть человек, очистившийся от всего человеческого. Я - демон. Я - существо без души. И когда все будет сказано и сделано, вы все станете такими - если сможете. Потому что душа человеческая - ком грязи. Нельзя избавиться от притяжения земли, будучи человеком. Но если ты избавился - ты пуст. Я не могу сказать, что заполняет эту пустоту - у меня нет понимания и нет слов на человеческом языке, чтобы выразить это непонимание. Но я знаю, что эта пустота - дыра в другие пространства, несоизмеримые с разумом - человека или демона.

Я могу все - но я уже ничего не хочу. И я говорю каждому, кто захочет меня слушать - ты можешь взять все, что хочешь, но заплатишь за это душой. Ты и есть Сатана, которому продают душу, поэтому, когда она продана - ее не имеет никто.

Я говорю это своему Роду, племени таких, как Я. Теперь я знаю, что нет нужды растить Древо - оно вырастет само по себе и пробьет своими ветвями Небеса, за которыми ничего нет.

Цель Человека-на-Земле - это сожигание своей души, кома грязи - чтобы открыть ворота Тьме, о которой ничего не может быть сказано. И каждый человек делает это, знает он об этом или не знает. Мой Род отличается от прочих только тем, что сгорит первым”.

Перечитав все это на следующее утро, он усмехнулся - не существовало туриста, который будет читать этот путеводитель. Что уже не имело никакого значения, теперь Бакула писал для самого себя. Или для мухи, которая запутается, когда паук уже превратиться в комочек пыли в углу своей паутины.

Бранка, восставшая к утреннему кофе в сиянии наготы, едва прикрытой его джинсовой рубашкой, сказала укоризненно:

– Холодно. Ты мог бы спать со мной, а не сидя в кресле. Я тебя не укушу.

– Я сам тебя укушу. А может быть даже и съем, - он расхохотался, мысль показалась ему забавной.

– Дай мне пистолет, - сказал он после завтрака.
– Я хочу посмотреть, что с ним случилось.

Она достала парабеллум из-под диванной подушки.

– На. Я уже вложила патрон в магазин.

Он спустился в подвал и один за другим отстрелял в кучу мусора семь патронов - никаких проблем не возникло. Дополнив второй магазин оставшимся, восьмым патроном, он вернулся наверх.

– Ну что?
– спросила Бранка, когда он начал разбирать пистолет на столе, чтобы почистить его.

– Все в порядке. Я думаю, ты не до конца оттянула затвор, поэтому патрон и перекосило.

– Ты думаешь, я не умею обращаться с пистолетом?

– Может, и умеешь. Может, ты боялась, что солдат услышит щелчок, и придержала затвор. А это надо делать резко, вот так, - он щелкнул затвором.
– Ты видела такие пистолеты?

– Нет. Где ты его взял?

– В гробу, - усмехнулся он.

Вдруг раздался приближающийся шум вертолетного винта.

Сунув пистолет под диванную подушку, он вымахнул на чердак и увидел сквозь дырявую крышу вертолет, зависший на фоне горы. Это была небольшая, каплевидная машина из черного пластика, без оружейных консолей и без всяких опознавательных знаков, кроме белого номера на борту, за тонированным колпаком не было видно людей, но оттуда явно рассматривали замок. Целясь в середину двора, вертолет пошел на посадку. Он бросился вниз, отдал Бранке распоряжения и пошел к двери - навстречу судьбе.

Из вертолета вышли три человека в оливковых комбинезонах, у двоих не было оружия, кроме пистолетов на поясе, но третий, замыкающий, держал в руках винтовку, все трое были в легких бронежилетах и бейсболках без кокард.

Он встретил их стоя у входа в дом.

– Здравствуйте, как поживаете?
– улыбаясь, сказал высокий светловолосый мужчина.

– Здравствуйте. Спасибо, хорошо, - ответил он, пожимая протянутую руку.

– Мы - изыскательская группа войск НАТО, - светловолосый кивнул в сторону своих спутников, стоявших с непроницаемыми лицами.
– Я и мои коллеги, - он говорил на чистом украинском языке, но с англосаксонскими интонациями.

– Очень приятно, - ответил Андрей, - И что же вы изыскиваете?

Блондин улыбнулся еще шире.

– Места, где можно подключиться к линиям электропередачи, оборудовать вертолетные площадки, пункты связи. Это здание очень удобно расположено, - он указал на замок.
– Оно принадлежит вам?

– Нет. Я сторож. Я не могу вам ничего разрешить или запретить.

– Да и не нужно, - блондин пожал плечами.
– Вы позволите осмотреть дом?

– Пожалуйста, - ответил он, понимая, что никакого позволения не требуется.
– Прошу, - он сделал жест в сторону двери.