Дафна, наконец, смогла вырвать свою руку.

– Не прикасайся ко мне! И даже не воображай, будто ты мне хоть чем-то нравишься! Не смей…

– Хватит. – Мау не кричал. Вместо него громко говорило его копьё. Оно было направлено Коксу прямо в сердце.

Несколько секунд никто не шевелился, а потом Кокс медленно и осторожно сказал:

– А, так вот кто твой любовничек? Ох, ничего себе! Ты его ещё и говорить по-нашему натаскала. Что скажет на это любимый папочка?

Каннибал, двойник премьер-министра, шагнул между Мау и Коксом с поднятыми руками, и неожиданно в воздух за его спиной взметнулись десятки дубин и копий.

– Не драться сейчас! – на ломаном английском сказал он Коксу и повернулся к Дафне. – У мальчишки действительно нет души? – вопрос прозвучал на местном наречии.

– Волна забрала его душу. Но он создал себе новую, - ответила она.

– Неправда! Не в человеческих силах создать новую душу!

"Однако старик изрядно нервничает", - подумала Дафна.

– А Мау создал. Ты как раз сейчас на ней стоишь, - сказала она. – И не смей пятиться! Его душа – весь остров! Каждая песчинка и каждый лист!

– Тебя называют колдуньей, девушка-привидение, - старик всё-таки сделал шаг назад. – Это правда? Какого цвета птицы в стране Локачи?

– Там нет цвета. И нет птиц. Только серебристые рыбы, стремительные, словно мысль.

Эти слова прозвучали сами, будто только ждали случая. "Небеса всемогущие, я откуда-то знаю это!" – подумала она.

– Сколько времени человек может быть в стране Локачи?

– Пока падает капля воды, - ответили губы Дафны даже прежде, чем она дослушала вопрос.

– А тот, кто создал себе новую душу… Он был в руках Локачи?

– Да. Но он бежал быстрее Локачи.

Чёрные проницательные глаза сверлили её ещё минуту, а потом старик, похоже, решил, что она прошла некое испытание.

– Ты очень умная, - застенчиво сказал вождь. – Я сильно хотел бы однажды съесть твои мозги.

Поразительно, что бесчисленные книги по этикету, которые Дафне пришлось прочесть по настоянию бабушки, не давали совета, как вести себя в подобном случае. Разумеется, недалёкие люди порой говорят детям что-то вроде: "Ты такой сладкий, так бы и съел тебя!" но подобная чушь совсем не кажется забавной, если её произносит каннибал в боевой раскраске и с человеческими черепами на поясе.

Тем не менее, Дафна, всё ещё страдающая от избытка хороших манер, ответила:

– Очень любезно с вашей стороны.

Старик кивнул и ушёл к своим товарищам, толпившимся вокруг Кокса.

Улыбаясь, подошёл Мау.

– Ты понравилась их жрецу, - сказал он.

– Только мои мозги, Мау, и даже если он съест их на обед, у меня всё равно останется больше разума, чем у тебя! Ты что, не видел, какой у Кокса пистолет? Это же "Пеппербокс". У одного из друзей отца был такой! Он шестиствольный. Шесть выстрелов без перезарядки! И обычный пистолет у него тоже есть, в добавок!

– Значит, придётся побегать.

– Ты не можешь бежать быстрее пуль!

– Значит, придётся от них уклониться, - заявил Мау с раздражающим хладнокровием.

– Ты что, не понимаешь? У него два пистолета, а у тебя всего одно копьё! Твои копья кончатся быстрее, чем его пистолеты!

– Зато "бум" в его пистолетах кончится быстрее, чем затупится мой нож!

– Мау, я не хочу, чтобы ты погиб! – закричала Дафна. Эхо отразилось от окрестных скал, и она густо покраснела.

– А кто должен погибнуть вместо меня? Мило? Пилу? Кто? Нет. Если кому-то из нас суждено умереть, это буду я. Я уже умирал однажды. Я знаю, как это делается. Всё, спору конец!

За их спинами стих шум толпы.

Тишина накрыла каноэ, украшенные нарисованными лицами; вождей Разбойников, стоящих у самой воды; островитян, что спустились с холма посмотреть на поединок. Солнце сияло в зените и заливало всё вокруг белым слепящим светом. Весь мир, казалось, затаил дыхание.

Никакого отсчёта, никакого сигнала. Вообще никаких правил. Только традиция. Схватка начинается, когда один из бойцов прикоснётся к своему оружию. Нож и копьё Мау лежат около него на песке. В десяти футах Кокс стоит около своих пистолетов. Он согласился вынуть их из-за пояса только после жаркого спора.

Прямо сейчас не надо делать ничего – только следить за глазами противника.

Кокс улыбнулся.

Разве не об этом мечтает каждый мальчишка? Стоять напротив своего врага? Вот они, сконцентрированные в одной точке под слепящим белым солнцем – вся ложь, все страхи, все ужасы, которые принесла с собой волна. Все сошлись в этой молчаливой фигуре напротив тебя. Задача Мау – победить их.

Суть одна: Если ты не смеешь мечтать о победе, ты её не заслуживаешь.

Мау боялся моргнуть, глаза уже начали болеть. Яростный солнечный свет слепил его, но хотя бы не было этих голосов в голове…