Насквозь промокший и ужасно уставший профессор лежал на спине в грязи. На нем все еще была его кепка и черный кевларовый бронежилет.

Он посмотрел на трех подбегающих к нему товарищей и устало улыбнулся.

Затем вытащил правую руку из-за спины и поставил предмет перед собой. На нем блестели капельки воды, но безошибочно можно было узнать сияющий черно-багровый камень и свирепые черты вырезанной на нем головы рапы.

Это был идол.

«Гусь» грациозно парил над амазонскими джунглями.

Он направлялся на запад, когда начало темнеть. Назад в горы, к Вилкафору.

Дуги сидел в кабине и управлял самолетом, а Ван Левен, Рейс, Рене и раненый Ули сидели сзади.

Рейс размышлял над своим спасением.

За пять секунд, отделявших деактивацию «Сверхновой» и смешивание самовоспламеняющегося топлива, он отчаянно обыскал кабину в поисках спасения.

Ему на глаза попалась одна из капсул боеголовок — контейнер, способный выдержать давление в 10000 фунтов на квадратный дюйм, поскольку его задачей была защита взрывчатых ядерных боеголовок.

Больше ничего не подходило, и он нырнул внутрь, схватив по дороге стоящего на скамье идола, и закрыл крышку капсулы как раз в тот момент, когда закончился пятисекундный отсчет.

Топливо перемешалось, и кабина управления взорвалась, а его запустило в капсуле высоко в воздух. К счастью она сравнительно мягко приземлилась на деревья вокруг рудника.

Но он остался жив, и лишь это имело значение.

Теперь, сидя в хвосте гидросамолета, он держал в руках изорванную книгу в кожаном переплете, которую нашел в лодочном ангаре после своего эффектного спасения. Она лежала на полке.

Он настоял на поисках этой книги перед возвращением в Вилкафор.

Это была подлинная рукопись Альберто Сантьяго, написанная им в шестнадцатом веке, украденная из аббатства Святого Себастьяна Генрихом Анистазе в двадцатом, и вскоре после этого скопированная специальным агентом Ули Пиком.

Рейс с трепетом смотрел на рукопись.

Он смотрел на почерк Альберто Сантьяго. Строки и завитушки были знакомы, но теперь он видел их написанными яркими синими чернилами на прекрасно сделанной бумаге, а не раздражающую, грубую фотокопию.

Он хотел немедленно прочесть текст, но это могло подождать. Сначала надо было выяснить другое.

— Ван Левен, — сказал он.

— Да.

— Расскажите мне о Фрэнке Нэше.

— Что?

— Повторяю, расскажите мне о Фрэнке Нэше.

— Что вы хотите узнать?

— Вы раньше работали с ним?

— Нет. Это — первый раз. Мой отряд выдернули из Брэгга для участия в этой миссии.

— Вы знали о том, что Нэш — полковник Отдела Специальных Проектов Армии?

— Да, конечно.

— И вы знали, что Нэш солгал, когда вчера утром прибыл в мой кабинет с идентификацией от АПНИОР и рассказом о том, что он — отставной армейский полковник, работающий на Агентство Передовых Научно-Исследовательских Оборонных Разработок?

— Я не знал, что он это сказал.

— Вы не знали?

Ван Левен честно посмотрел на Рейса.

— Профессор Рейс, я — простой морской пехотинец. Мне сказали, что придется заниматься охраной. Мне приказали защищать вас. Я этим и занимаюсь. Если полковник Нэш вам солгал, то простите, но я не знал.

Рейс стиснул зубы. Он был взбешен оттого, что его обманом заставили участвовать в миссии.

Профессор был полон решимости выяснить все, поскольку если Нэш на самом деле не имеет отношения к АПНИОР, то это поднимало много других вопросов. Например, Лорен и Коупленд? Они тоже из Специальных Проектов Армии?

Еще интереснее были вопросы о том, каким образом сам Рейс оказался участником миссии. В конце концов, Нэш утверждал, что вышел на него через его брата Марти. Но Рейс уже лет десять даже не видел своего брата.

Неожиданно Рейс обнаружил, что думает о Марти.

Детьми они были близки. Хотя Марти был на три года старше, они всегда играли вместе в футбол, баскетбол, даже просто бегали кругами. Но Уилл всегда был лучшим спортсменом, несмотря на разницу в возрасте.

Марти, с другой стороны, был умнее. Он выделялся в школе, и за это его подвергали насмешкам. Он не был красив, и уже в девять лет был копией своего отца, с втянутой в плечи головой и густыми темными бровями, его постоянно суровое выражение лица напоминало Ричарда Никсона.