Шрифт:
– Да, похоже, они собираются переходить к действиям.
Было слышно, как яростно спорят Геттингс и Дилани; в этот спор ввязался еще один из полицейских.
– Сейчас я окликну Губернатора,- сказал Энникстер, вылезая из рва.
– Не надо!
– крикнул Остерман.- Не вылезай. Отсюда им нас так просто не выбить.
Хувен и Хэррен, которые, не раздумывая, последовали было за Энникстером, остановились при этих словах Остермана, и все трое в нерешительности застыли на краю рва, держа револьверы наготове.
– Отец!
– крикнул Хэррен.- Возвращайся! Это бесполезно. Только зря время тратишь.
Но спор продолжался. Один из полицейских, выехав вперед, заорал:
– Назад! Ни шагу вперед, слышите!
– Вались ты к черту!
– крикнул Хэррен.- Здесь моя земля.
– Брось, Хэррен, иди назад,- окликнул его Остерман.- Все равно ничего тебе это не даст.
– Слышали?
– вдруг воскликнул Хэррен.- Отец нас зовет. Пошли! Я иду!
Остерман выскочил изо рва, подбежал к Хэррен у, схватил его за руку и потянул назад.
– Никто нас не зовет. Не горячись. Иначе все погубишь. Прыгай в ров. Сейчас же.
Но Каттер, Фелпс и старик Дэбни, не понимая, в чем дело, и увидев, что Остерман выскочил из канала, полезли вслед за ним. Теперь во рву не оставалось никого: Хувен, Остерман, Энникстер и Хэррен успели уже сделать несколько шагов по направлению к дороге, Дэбни, Фелпс и Каттер следовали за ними по пятам.
– Назад! Стоять на месте!
– еще раз крикнул полицейский.
Стоявший возле коляски Бермана Геттингс продолжал сердито препираться о чем-то с Дилани; не утихал и бурный спор между Магнусом и Гарнеттом, с одной стороны, и Рагглсом и шерифом,- с другой.
До этого момента маклер Кристиен, родственник Бермана, не принимал участия в споре и держался позади коляски. Теперь, однако, он тоже решил выдвинуться на передний план. Но при создавшейся тесноте сделать это было не так-то легко, и когда он пробирался мимо коляски, его лошадь ободрала себе бок о ступицу. Животное шарахнулось и, налетев на Гарнетта, сшибло его с ног. Дилани на своей лошади загораживал коляску от стоявших возле дороги фермеров,- происшествие они видели достаточно смутно и истолковали его превратно.
Гарнетт еще не успел подняться на ноги, а Хувен уже орал во все горло:
– Hoch der Kaiser! Hoch der Vaterland! [17]
С этими словами он упал на одно колено и, тщательно прицелившись, выстрелил из винтовки в кого-то из людей, сгруппировавшихся у коляски.
И, словно по сигналу, началась ружейная и револьверная стрельба. Обе стороны - полицейские и фермеры - открыли огонь одновременно. Вначале это была просто беспорядочная пальба, затем последовало несколько торопливых, разрозненных выстрелов, на миг Все смолкло, и, наконец, один за другим с равными промежутками прогремели последние три выстрела. И опять настала тишина.
17
Да здравствует кайзер! Да здравствует родина! (нем.)
Дилани с простреленным животом свалился с лошади и на карачках пополз через дорогу в пшеницу. Кристиен повалился назад и соскользнул с седла в сторону коляски, одной ногой запутавшись в стремени, головой и плечами он уперся в колесо. Хувену, когда он попытался приподняться с колена, пуля угодила в горло, и он рухнул на землю. Старик Бродерсон с криком: «Они же меня укокошили, ребята!» - сделал два неверных шага в бок и, безжизненно опустив руки и пригнув голову, свалился в канал. Остерман, у которого изо рта и из носа лилась кровь, повернулся и пошел назад. Пресли помог ему перебраться через канал, и он лег на землю, уронив голову на скрещенные руки. Хэррен Деррик упал, где стоял, потом перевернулся на живот. Он лежал неподвижно, издавая душераздирающие стоны, а под животом у него растекалась лужа крови. Старик Дэбни, бессловесный, как всегда, встретил смерть молча. Упал на колени, поднялся, снова упал и тут же скончался, не проронив ни слова. Энникстер, убитый наповал, лежал, вытянувшись во весь рост, локтем прикрыв лицо.
VII
По пути на дерриковскую усадьбу Хилма и миссис Деррик услышали звуки отдаленной стрельбы.
– Стой!
– вскричала Хилма, хватая за плечо Вакку.- Останови лошадей! Что это?
Бричка остановилась; прорвавшись сквозь шорох волнующейся пшеницы, до них долетели несильные хлопки выстрелов.
– Слушайте!
– закричал Вакка, испуганно вытаращив глаза.- Да они же… они ж дерутся!
Миссис Деррик закрыла лицо руками.
– Дерутся?
– воскликнула она.- Боже мой! Но это же ужасно! Там Магнус и… Хэррен…
– Как, по-твоему, где это?
– Скорей всего на хувеновской ферме.
– Я еду туда! Поворачивай, Вакка! Гони лошадей!
– Я бы не стал этого делать, миссис Энникстер,- возразил Вакка.- Мистер Энникстер сказал, чтоб мы ехали домой к мистеру Деррику. Если на ферме у Хувена творится что-то недоброе, лучше нам туда не ехать. Да и потом, пока мы туда доберемся, все уже кончится.
– Да, да, поедем домой!
– воскликнула миссис Деррик.- Я боюсь. Ах, Хилма, я так боюсь.
– Тогда едемте со мной к Хувену.