— Я не могу отдать этой комнаты, выговорила она вдругъ съ храбростію отчаянія:- она мн нужна.

— Для чего же? перебила Анна Михайловна.

— Моему ребенку…. Я….- и Юлія залилась слезами.

— Ахъ! Ахъ! истерически вскрикнула Анна Михайловна и ужь была готова упасть въ обморокъ.

— Маменька, крикомъ горю не поможете, а ее убьете, вступался Авениръ, уводя мать.

Онъ давно звалъ сестрину тайну.

Ипохондра помстили въ пустой комнат. Уныніе охватило весь домъ.

Справивъ два мсяца трудной, полевой службы, уланскій полкъ вернулся на прежнюю стоянку. Майоръ прискакалъ на свиданіе и не узналъ племянника. Вмсто прежняго вахлака, передъ нимъ стоялъ бравый молодецъ, грудью впередъ, съ громкимъ голосомъ, вольными, размашистыми манерами; только въ бойкомъ пошиб рчи, обрывавшейся подъ-часъ грустною шуткой, да еще въ псенк, которую Владиміръ Ивановичъ иногда ни съ того, ни съ сего замурлыкаетъ ходя по комнат, отзывалось прошлое; но не майору было разбирать эти тонкости. Онъ почти не отходилъ отъ своего любимца, по цлымъ часамъ слушалъ его разсказы, и другихъ заставлялъ любоваться племянникомъ. На хутор тоже повеселли.

Наступило воскресенье. Съ полудня разсянныя по небу облака собирались тсне, и къ вечеру сплотнились въ темную тучу. Горобцы по обыкновенію пили чай въ зад, толкуя о польскихъ событіяхъ. вошелъ Авениръ, отвелъ Русанова съ майоромъ въ сторону, и показалъ только что полученный пакетъ.

Русановъ прочелъ прокламацію, въ которой заявлялись притязанія на весь южно-русскій край, и все населеніе призывалось къ оружію.

— Это не шутки, проговорилъ онъ:- обыкновенно вслдъ за такими документами появлялись и гости; надо увдомить эскадроннаго командира.

— Успете еще, перебилъ майоръ, — вотъ есть чего пугаться!

— Ну, нтъ, теперь на авось не время разсчитывать, сказалъ Русановъ:- насъ слишкомъ мало, и притомъ все кавалеристы. Не забудьте, что въ десяти губерніяхъ уже разгуливаютъ шайки!

Онъ взялъ со стола кепи и ушелъ, оставивъ нетронутымъ свой стаканъ.

— Вотъ, въ самомъ дл, какъ пожалуютъ! посмивался Авениръ:- мы съ вами, майоръ, въ авангардъ? Такъ что ли?

— Почему жь нтъ? Погрться можно! Давненько таки не расправлялъ старыхъ косточекъ.

— А мы-то какже? Куда днемся? говорила Анна Михайловна:- не похать ли въ старый хуторъ?

— Да вдь придутъ, такъ ужь и туда придутъ, возражалъ Авениръ:- лучше ужь тутъ укрпиться.

И оба, подмигнувъ другъ другу, стали лукаво потшаться надъ струсившею барыней. Къ ужину вернулся Русановъ съ озабоченнымъ лицомъ, въ боевой форм.

— Вова! Ты ужь и принарядился! крикнулъ майоръ племяннику.

— Дло дрянь, отвтилъ тотъ:- того мельника, что прізжалъ къ намъ, видли въ кабак; онъ насилу ушелъ отъ народа…. Графскіе волнуются; говорятъ, Бронскій куда-то пропалъ со всмъ своимъ штатомъ…. Ну, ужь только попадись онъ мн!

— Да ужь и я спуску не дамъ! отозвался Авениръ.

— Солдатамъ отданъ приказъ спать въ полевой форм.

— Ахъ, страсти какія! говорила Анна Михайловна:- ты, Анюшка, никуда не ходи сегодня; я тутъ одна не останусь.

— Да нтъ, въ самомъ дл разв что? спросилъ майоръ.

Русановъ отвелъ ихъ въ сторону и сообщилъ, что ротмистра увдомили безыменнымъ письмомъ о предполагаемомъ нападеніи на отрядъ сегодня въ ночь.

— Вотъ какъ! сказалъ Авениръ:- надо зарядить ружья на всякій случай…. Вы не пугайте маменьку-то.

— Да что жь это? Уморить что ли вы меня хотите? затараторила Анна Михайловна:- что такое? Истомили вы меня. Ужъ лучше скажите, чмъ ждать-то невсть чего.

— Полноте, Анна Михайловна, я говорю только странно, вс помщики получили такія же посланія. Вотъ и все.

Сли за столъ, но разговоръ не вязался; мущины переглядывались украдкой; майоръ курилъ трубку за трубкой. Авениръ вышелъ въ свою комнату; немного спустя, тамъ что-то брякнуло. Русановъ поспшилъ закашляться.

Но тутъ ужъ явственно донеслись удары молотка и стукъ объ подъ.

— Что жь это Аня тамъ длаетъ? засуетилась Анна Михайловна и пошла къ сыну.

Русановъ съ майоромъ за ней. Она отворили дверь и остановились на порог. Авениръ преспокойно загонялъ другую пулю въ двустволку. Они молча поглядли другъ другу въ глаза.

— Тихонько ты, Аничка, проговорила она совсмъ ужъ другимъ голосомъ:- смотри, чтобы не сорвалось какъ…. Я къ Юленьк пойду….

— Маменька, вы не безпокойтесь.

— Будь Его святая воля, тихо проговорила Анна Михайловна:- будь Его святая водя.

И ровною походкой вышла изъ комнаты.

— Ну, вотъ и отлично! безпечно выразился Авениръ:- а то пойдутъ эти обмороки да истерики, хотъ изъ дому бги.

— А, что это словно свтлетъ на двор-то?

— Гд свтлетъ? Что жь это такое въ самомъ дл? который часъ?

— Да, двнадцатый ужъ, вынулъ часы Авениръ.

Русановъ вышелъ на крыльцо. Два столба пламени поднимались съ конца селенія, гд была полковая конюшня; втеръ доносилъ топотъ и ржанье по стойламъ…. Онъ вбжалъ въ рабочую, схватилъ со стны топоръ, и съ крикомъ: "пожаръ! пожаръ! Коновязи горятъ!" пустился по деревн.