— Не вздумай к ней лезть! Понял?

Лео вскинул брови.

— Это еще почему?

— Потому что она девственница, — процедил сквозь зубы Каг, — и работает в нашем доме.

— Хорошо, что ты вдруг об этом вспомнил, — огрызнулся Лео. — Жаль только, что это не пришло тебе в голову там, на лугу. Или ты не собирался зацеловать ее?

Каг заскрежетал зубами.

— Я утешал ее!

— Ах, вот как это теперь называется! — скривил губы Лео. — Ну, хорошо хоть, ты мне разъяснил.

— Я за ней не таскался! Лео поднял руки вверх.

— Ну, разумеется!

— Если для тебя она молода, для меня и подавно.

— Кто спорит?

Каг перевел дух.

— Как бы то ни было, осенью она хочет поступить в училище. Она может не захотеть оставаться здесь, когда перед ней станут мелькать молодые люди.

А ведь он и впрямь в это верит, подумал Лео, отвлекаясь от разговора. Неужели он не видит, как Тэсс смотрит на него, какой становится в его присутствии? Или старается не видеть?

— Для этого не нужно дожидаться осени, — тихо проговорил он. — Помнишь? На прошлой неделе мы взяли на работу нового младшего торгового агента, Сэнди Гейнса.

Каг помрачнел.

— Этот тощий блондин?

— Тощий-то он тощий, но к Тэсс уже подкатывает. Из Сент-Луиса привез ей плюшевого мишку и все добивается от нее свидания. Она пока отказывает.

Каг и думать не хотел о том, чтобы Тэсс оказалась рядом с другим мужчиной. Тем более с его же новым агентом.

— Что ж, ей мог достаться и похуже, — сказал он, хотя ему стало не по себе.

— Ты и сам мог бы пригласить ее, — как бы невзначай подсказал Лео.

Каг насмешливо посмотрел на него.

— Мне тридцать восемь лет, а она — моя работница.

Лео молча ухмыльнулся.

Каг повернулся к камину и уставился на газовые горелки, сделанные в виде дров.

— А это заметно? — спросил он минуту спустя. Каг имел в виду свои чувства к ней. Лео тепло

улыбнулся.

— Только тем, кто хорошо тебя знает. Ей — нет. Ты же не подпускаешь ее, — добавил он.

Широкие плечи поднялись, потом опустились. Каг взглянул на огромное панно, изображавшее табун лошадей, скачущих по объятой ураганом прерии. Его когда-то написал их двоюродный дед. Они любили эту картину за выраженный в ней неудержимый порыв.

— Она совсем еще зеленая, — произнес он скороговоркой. — Ей первый попавшийся вскружит голову. Но ненадолго. Она еще недостаточно зрелая, неспособна на что-нибудь… серьезное. — Он повернулся и встретил заинтересованный взгляд брата. — Короче, — отчеканил он, — я теряю голову, когда прикасаюсь к ней.

— Поэтому стараешься держаться подальше, чтоб чего не вышло.

Каг помедлил, затем кивнул головой. Потом сунул руки в карманы и стал шагать взад и вперед по комнате.

— Не знаю, что еще делать. Может, если отправим ее осенью, станет полегче. Я даже думал, что мы могли бы устроить ее на другую работу.

— Ну да, конечно, — сухо ответил Лео, — и тут же оставлял ее еще на сезон. Она ждет увольнения целых два сезона.

Его резанул темный взгляд Kaгa.

— У меня не было серьезных отношений с женщиной, с тех пор как меня отправили на Ближний Восток, — процедил он сквозь зубы. — Эта история оставила горький осадок. Мне, знаешь ли, не хотелось бы, чтоб у меня еще раз корчевали сердце из груди. А тут — она, — он энергично кивнул в сторону кухни. — Со своими рыжими кудряшками и голубыми глазами. Да еще эта недоразвитая фигурка… — Он потряс головой, будто хотел избавиться от образа Тэсс. — Черт, мне щемит сердце от одного взгляда на нее! — Он повернулся на месте. — Я должен выставить ее отсюда, пока не натворил чего-нибудь!

Лео изучал собственную руку.

— Ты уверен, что тебе не надо что-нибудь предпринять? — спросил он тихо. — Тэсс ведь тянется к тебе. Она вся дрожала, когда ты опустил ее на ноги.

Каг смотрел на него злыми глазами.

— Ее испугала змея.

— Это ты испугал ее, — скривил губы Лео. — Ты что, забыл, как выглядит возбужденная женщина?

— Не забыл, — угрюмо ответил Каг. — Именно поэтому она должна исчезнуть. Сейчас же.

— Ты только погоди, не делай ничего с бухты-барахты, — посоветовал Лео.

— Ради бога, какая разница! Дело всего лишь во времени. Неужели не ясно? — простонал Каг. — Стихию не удержишь.

— Все настолько плохо?

— Хуже. — Каг с тяжелым вздохом опустил голову. — Так, как никогда еще. Никогда.

Лео, ни разу не испытавший ничего подобного, смотрел на брата с сочувствием, но понятия не имел, чем помочь.

— Она вписывается в нашу обстановку.

— Еще как. Но я не женюсь!

Лео приподнял брови.

— Почему? Ты не хочешь, чтоб были дети?