Это смотря какая грудь, как оказалось.

Возможно, профессиональных актеров и учат не реагировать на прелести партнерши и лапать их десять дублей подряд с хладнокровием робота, перехихикиваясь со съемочной группой в перерывах, но Алексею пришлось тяжковато.

Познакомившись со своей будущей партнершей, он поначалу совершенно не отреагировал на Изабеллу как на женщину. Коллега, и только. Красивая, конечно, и, как оказалось, умненькая, независимая, порой строптивая – характером Флоренская немного напомнила ему Анну, но только немного, – но влечения к ней Майоров не ощущал.

Пока не начались съемки первой постельной сцены.

И мозг спасовал, без боя сдавшись на милость победителя.

А победитель миловать никого не собирался.

И в первую очередь самого Алексея.

До момента съемок этой злосчастной постельной сцены Алексей относился к партнерше с дружеской симпатией, с удовольствием болтая с ней в перерывах на разные темы. Изабелла была умна, начитанна, умела отстаивать собственную точку зрения, забавно горячась при этом. А еще она ни словом, ни жестом, ни полунамеком не пыталась соблазнить Майорова, совершенно удовлетворившись, казалось, приятельскими отношениями.

И вскоре Алексей заметил, что начинает скучать, когда Дикарки нет рядом. Откуда взялось это прозвище, он не знал, но в съемочной группе Флоренскую так называли все. Может, потому, что кличка удивительно подходила девушке – она действительно меньше всего напоминала опротивевший Алексею типаж холеных светских львиц, это была гордая, независимая и неприрученная пантера.

Так, во всяком случае, казалось теперь Майорову, да и остальным членам съемочной группы. Женщины, возможно, не разделяли мнения членов, но тоже относились к Изабелле на удивление ровно.

И как-то вдруг забылось, что старт этой неприрученной дикой пантеры был финансово обеспечен неизвестным спонсором, да и в фильм Хасбулатова кошечка попала по протекции.

Правда, об этом знал только Тахир Талгатович, а он предпочитал держать свои маленькие тайны в секрете. Как и то, к примеру, что настоятельная просьба взять на главную женскую роль мадемуазель Флоренскую, подкрепленная обещанием щедрой спонсорской помощи, поступила почти сразу после того, как в прессе прошла информация о том, что Алексей Майоров будет сниматься в новом блокбастере модного режиссера.

И весьма внушительная сумма, обещанная радетелем Изабеллы, была вполне объяснима – будущий фильм превращал Флоренскую из сериальной актрисули второго эшелона в настоящую звезду с именем. И соответствующими гонорарами.

Но на этом проекте гонорар Дикарки был не очень большой. Очень не очень. Зато собственный вагончик-гримерка у нее был, и не хуже, чем у Майорова.

Но вот удивительно – на это тоже никто не обратил внимания, по-прежнему считая Флоренскую гордой, независимой и неприрученной.

Ум, красота и обаяние, заручившиеся поддержкой друг друга, практически всесильны.

До съемки той самой постельной сцены совместных эпизодов Майорова и Флоренской было отснято совсем немного, да и те в основном сплошной экшн.

Поэтому Алексей оказался совсем не готов. Ни к чему.

В сценарии все это выглядело довольно безобидно и даже где-то банально: он и она только что едва спаслись от смерти, артефакт выдернул их из взрыва буквально в последний момент, аж пятки задымились. Они вываливаются из-под пространства в квартире главного героя и, переполненные адреналином, с дымящимися пятками, буквально набрасываются друг на друга, с нетерпеливым рычанием срывая одежду.

Алексей помнил, как даже похихикал, читая про нетерпеливое рычание. И подумал тогда только о том, как бы не выдать ржание вместо рыка.

И в день съемок тоже поначалу об этом думал, даже пару дублей запорол.

– Алексей, сосредоточься! – заорал режиссер. – Что за вялое шевеление плавниками, ты посмотри, какая девушка перед тобой! Пойми: ты возбужден после пережитого, и давно сдерживаемые эмоции выплескиваются наружу! У тебя глаза гореть должны, голос срываться, руки дрожать, а я что вижу? Ленивое «Слышь, подруга, потрахаемся, что ли?» Ты же не хочешь ее, и это видно!

– Слушай, Тахир, – страдальчески поморщился Майоров, – а может, ну ее в анус, эту сцену, а? Почему в фильме обязательно должна быть постель? У нас же блокбастер, а не сопле-драма! Что-то я в твоем прошлом фильме никакого рычания страсти не помню.

– Давай мы не будем переделывать сценарий под твои капризы, ладно? – поморщился Хасбулатов. – Не разочаровывай меня, Алексей, не включай «звезду».

– Тогда бери дублера на съемки траха! – начал заводиться Майоров. – И пусть он с рычанием на самку набрасывается!