– Сначала я решил посоветоваться с дядей-адвокатом…

– Мистером Джереми Клоудом?

– Да. Я пошел к нему. Наверно, было начало девятого. Они все еще обедали, а я поджидал Джереми в его кабинете, еще раз все обдумывая.

– Ну?

– В конце концов я пришел к выводу, что лучше попробовать самому что-нибудь предпринять, прежде чем втягивать в это дядю. Адвокаты все одинаковы – они осторожны, медлительны и должны твердо во всем убедиться, прежде чем начинать действовать. Сведения поступили ко мне абсолютно неофициально, и я опасался, что старый Джереми начнет сомневаться. Поэтому решил пойти в «Олень» и повидать этого парня.

– Вы так и сделали?

– Да. Я отправился прямиком в «Олень»…

– Сколько тогда было времени?

Роули задумался.

– Должно быть, я пришел к Джереми минут в двадцать девятого, а в гостиницу – после половины девятого, возможно, без двадцати девять.

– И что было потом, мистер Клоуд?

– Я знал, где остановился этот тип, – Би сообщила мне его номер, – поэтому поднялся и постучал. Он сказал: «Войдите», и я вошел. – Роули сделал паузу. – Не думаю, что я был на высоте. Парень оказался слишком ловок. Мне не удалось вытянуть из него ничего определенного. Я рассчитывал, что он испугается, если я намекну, что его могут притянуть за шантаж, но это как будто его только позабавило. Этот нахал спросил меня, не хочу ли я купить у него кое-что. «Со мной ваши грязные штучки не пройдут, – ответил я. – Мне нечего скрывать». Тогда он заявил, что дело совсем не в том, – просто ему есть что продать, и его интересует, не стану ли я покупателем. «О чем вы?» – спросил я. «Сколько вы – или ваша семья – заплатили бы мне за неопровержимое доказательство того, что Роберт Андерхей, который якобы умер в Африке, на самом деле жив-здоров?» – осведомился он. Я спросил, почему мы вообще должны за это платить. А он засмеялся и ответил: «Потому что я жду этим вечером клиента, который готов заплатить солидную сумму за доказательство, что Роберт Андерхей мертв». Тогда… ну, боюсь, я вышел из себя и сказал ему, что моя семья не привыкла участвовать в таких грязных делишках. Если Андерхей действительно жив, то это нетрудно установить. После этого я встал и направился к двери, а он усмехнулся и заметил довольно странным тоном: «Не думаю, что вам удастся доказать это без моей помощи».

– А потом?

– Ну, откровенно говоря, я вернулся домой недовольным собой. Я чувствовал, что все еще сильнее запутал, и жалел, что не обратился к старому Джереми. Адвокаты привыкли иметь дело с такими скользкими типами.

– В котором часу вы ушли из «Оленя»?

– Понятия не имею. Хотя погодите. Должно быть, без нескольких минут девять, так как, пока шел по деревне, слышал в одном из окон начало передачи новостей.

– Арден говорил, что за «клиента» он ожидал?

– Нет. Я решил, что это Дэвид Хантер. Кто еще это мог быть?

– Он не казался встревоженным предстоящим визитом?

– Напротив, парень выглядел чертовски довольным.

Спенс указал на тяжелые стальные щипцы:

– Вы заметили их на каминной решетке, мистер Клоуд?

– Щипцы? Нет, едва ли. Огонь в камине не горел. – Роули нахмурился, пытаясь представить себе сцену. – Я уверен, что щипцы там были, но не знаю, эти или нет. – И, помолчав, спросил: – Именно этой штукой?..

Спенс кивнул:

– Да. Ему проломили череп.

Роули нахмурился:

– Странно. Хантер отнюдь не тяжеловес, а Арден был настоящий громила.

– Согласно медицинскому заключению, – объяснил суперинтендент, – удар был нанесен сзади и сверху массивной головкой щипцов.

– Конечно, он был крепким и уверенным в себе парнем, – задумчиво проговорил Роули, – но на его месте я бы не стал поворачиваться спиной к человеку, у которого собирался вытянуть кругленькую сумму и который прошел на войне через огонь, воду и медные трубы. Очевидно, Арден не отличался осторожностью.

– В противном случае он был бы жив, – сухо заметил Спенс.

– Мне бы чертовски этого хотелось! – с жаром воскликнул Роули. – Я чувствую, что все испортил окончательно. Если бы я не закусил удила и не ушел, то, возможно, вытянул из него что-нибудь полезное. Мне следовало притвориться, что мы согласны заплатить, но, с другой стороны, кто мы такие, чтобы тягаться с Розалин и Дэвидом? У них куча денег, а мы все вместе не наскребли бы и пятисот фунтов.

Суперинтендент поднял золотую зажигалку.

– Вы когда-нибудь видели ее раньше?

Роули сдвинул брови:

– Видел, и не так давно, но не могу вспомнить где.

Однако Спенс не вложил зажигалку в протянутую руку Роули. Вместо этого он взял губную помаду и отвинтил крышку.

– А это?

Роули усмехнулся:

– Уж это совсем не по моей части, суперинтендент.

Спенс задумчиво мазнул помадой по кисти руки и склонил голову набок, глядя на пятно.

– По-моему, цвет подходит для брюнетки, – заметил он.

– И чего только вы, полисмены, не знаете! – Роули поднялся. – Хотя вы наверняка не знаете, кем был убитый.

– А у вас есть какие-нибудь идеи на этот счет, мистер Клоуд?

– Я вот что подумал, – медленно произнес Роули. – Этот парень был нашим единственным ключом к Андерхею. После его смерти искать Андерхея – все равно что иголку в стоге сена.

– Не забывайте, мистер Клоуд, что сообщения об убийстве появятся в прессе, – сказал Спенс. – Если Андерхей жив и прочитает об этом, он может объявиться.

– Может, – с сомнением повторил Роули.

– Но вы так не думаете?

– Я думаю, – отозвался Роули, – что в первом раунде выиграл Дэвид Хантер.