Шрифт:
Линн поколебалась, прежде чем войти, опасаясь вопросов матери – ее матери, одолжившей пятьсот фунтов у людей, которых презирала.
«Мы не имеем права презирать Дэвида и Розалин, – думала Линн, поднимаясь по лестнице и стараясь ступать бесшумно. – Мы такие же, как они, – готовы на все ради денег».
Она стояла в спальне, с любопытством разглядывая в зеркале свое лицо, казавшееся ей незнакомым.
Внезапно ее охватил гнев.
«Если бы Роули по-настоящему любил меня, – подумала Линн, – он бы как-нибудь достал для меня эти пятьсот фунтов, не позволил бы, чтобы я чувствовала унижение, будучи вынужденной принять их от Дэвида…»
Дэвид обещал позвонить ей из Лондона…
Линн спустилась вниз, шагая как во сне. «Сны, – думала она, – могут быть очень опасными…»
Глава 14
– Вот и ты, Линн. – Адела облегченно вздохнула. – Я не слышала, как ты вошла, дорогая. Ты давно вернулась?
– Да. Я была наверху.
– Ты лучше говори мне, когда возвращаешься. Я всегда нервничаю, если тебя нет после наступления темноты.
– Неужели ты думаешь, мама, что я не в состоянии о себе позаботиться?
– Знаешь, в газетах пишут такие ужасы! Демобилизованные солдаты нападают на девушек…
– Очевидно, девушки сами на это напрашиваются.
Линн криво усмехнулась. Да, девушки напрашиваются на риск… Неужели кому-то нравится чувствовать себя в безопасности?..
– Линн, дорогая, ты меня слушаешь?
Вздрогнув, Линн оторвалась от своих мыслей:
– О чем ты говорила, мама?
– О подружках на твоей свадьбе. Надеюсь, у них найдутся талоны. Тебе повезло, что у тебя остались твои демобилизационные. Мне так жаль девушек, которым приходится выходить замуж с обычными талонами. На них не купишь ничего нового. Я имею в виду не верхнюю одежду, а белье. Сейчас его достать просто невозможно. Да, Линн, тебе повезло.
– Ужасно повезло.
Линн ходила по комнате, машинально подбирая разные предметы и ставя их на место.
– Почему ты все теребишь, дорогая? Мне это на нервы действует.
– Прости, мама.
– Надеюсь, ничего не случилось?
– А что должно было случиться? – огрызнулась Линн.
– Не надо сердиться, дорогая. Так вот, насчет подружек невесты. Думаю, ты должна пригласить Джоан Макрей. Ее мать была моей лучшей подругой, и она может обидеться, если…
– Я всегда терпеть не могла Джоан Макрей.
– Знаю, дорогая, но какое это имеет значение? Я уверена, что Марджори обидится…
– Ведь это моя свадьба, мама, не так ли?
– Конечно, Линн, но…
– Если только она вообще состоится!
Линн не собиралась этого говорить. Слова вырвались сами собой. Она бы охотно взяла их обратно, но было уже поздно. Миссис Марчмонт испуганно уставилась на дочь:
– Линн, дорогая, что ты имеешь в виду?
– О, ничего, мама.
– Ты не поссорилась с Роули?
– Конечно, нет. Не волнуйся, мама, все в порядке.
Но Адела с беспокойством смотрела на нахмуренное лицо дочери.
– Я всегда считала, что ты будешь в полной безопасности замужем за Роули, – жалобно промолвила она.
– А кому нужна безопасность? – с презрением огрызнулась Линн и резко повернулась. – Телефон?
– Нет. Ты ждешь звонка?
Линн покачала головой. Как унизительно ожидать, что тебе позвонят! Но Дэвид обещал… «Ты с ума сошла!» – сказала она себе.
Почему этот человек так ее привлекает? Его мрачное лицо стояло у нее перед глазами. Она пыталась отогнать видение, представляя себе круглую добродушную физиономию Роули, его спокойную улыбку, преданный взгляд. Но действительно ли Роули любит ее? Если да, то он должен был понять ее, когда она попросила у него пятьсот фунтов, а не быть таким ужасающе благоразумным и практичным. Выйти замуж за Роули, жить на ферме, никуда не уезжать, не видеть чужого неба, не ощущать экзотических запахов – никогда больше не быть свободной…
Зазвонил телефон. Затаив дыхание, Линн пересекла холл и подняла трубку.
На другом конце провода послышался тонкий голос тети Кэти:
– Это ты, Линн? О, я так рада. Боюсь, я напутала с собранием в институте…
Голос продолжал взволнованно щебетать. Линн слушала, вставляла замечания, успокаивала, принимала благодарности.
– Ты всегда так добра и так практична, дорогая Линн. Понять не могу, почему я вечно все путаю?
Линн тоже этого не понимала. Способность тети Кэти путать простейшие вещи граничила с гениальностью.
– Но я всегда говорила, – не унималась тетя Кэти, – что беда не приходит одна. Наш телефон испортился, и я вышла к автомату, а у меня не оказалось двухпенсовых монет – только по полпенни, – поэтому мне пришлось просить…
Голос наконец смолк. Линн положила трубку и вернулась в гостиную.
– Кто звонил? – бдительно осведомилась Адела Марчмонт.
– Тетя Кэти, – быстро ответила Линн.
– Что ей было нужно?
– Опять что-то перепутала.
Линн села с книгой, посматривая на часы. Еще слишком рано для звонка Дэвида. В пять минут двенадцатого телефон зазвонил вновь. Она медленно подошла к нему. Лучше не надеяться – возможно, это опять тетя Кэти…