Звонок в дверь заставил его вздрогнуть и оторваться от материалов.

«Кто это? – подумал он, выключая компьютер и убирая распечатанные документы в стол. – Может, Ленка? Вдруг их раньше отпустили? А почему не позвонила?»

Он засуетился и побежал к двери. Там он глянул в глазок, но видимость была не ахти.

– Кто там? – спросил он, опустив голову, словно так ему было проще расслышать ответ.

Одновременно он тихо вытащил из висящей у двери кобуры «Иж» и тихо сдвинул флажок предохранителя.

– Константин, это сосед, – раздался мужской голос из-за двери. Голос звучал нервно и несколько неуверенно, словно мужчина сомневался в своем «соседстве». – Мне помощь требуется. То есть не совсем мне. Ну, в общем… помощь.

Костя приоткрыл дверь, держа правую руку с пистолетом за спиной.

Перед ним стоял Кирилл.

– А-а! Кирилл-Кроня, который мусор по ночам выбрасывает, – улыбнулся Костя.

– П-п-понимаете... – заикаясь от волнения и даже как-то отшатнувшись назад, ответил тот, – вы... в медицине разбираетесь?

– Слушай, давай на ты – не люблю я, когда мне выкают.

– Хорошо... У вас... у тебя нет чего-нибудь... блин... вы... ты в медицине что-нибудь понимаешь?

– Ну немного – когда-то курсы по оказанию помощи проходил.

– Отлично, – обрадовался тот.

– Да нет, – замялся Костя, – я так… первую помощь могу оказать. А что случилось-то?

– Да вот... когда у человека болит в животе... и спине... ничего не помогает...

– Да у кого болит-то? У тебя, что ли?

– Да… то есть нет, не у меня.

– А у кого?

– У отца моего.

– Ну так вызови «скорую», тут же больница под боком.

– Ну да.

Кроня вдруг замолчал и странно посмотрел на Костю.

– Ты чего? – удивился Костя.

– Слушай, а может, глянешь все-таки? Может, ничего страшного?

– Блин! Ну давай гляну.

Костя заправил пистолет в задний карман, прикрыв сверху рубашкой. Затем вышел из квартиры, запер дверь и пересек лестничную клетку вслед за Кроней.

– Нет, все-таки хорошо, что вы… ты дома оказался, – продолжал удивляться Кроня. – Вот сюда проходи.

Костя прошел по кишке коридора и наконец попал в спальню. На кровати лежал мужчина лет семидесяти. В его внешности было что-то неуловимо восточно-азиатское, но определить это «что-то» было сложно – он не был ни раскос, ни скуласт – лицо как лицо.

Мужчина часто дышал, водя рукой по груди и животу.

– Здравствуйте, – кивнул Костя, присаживаясь на край кровати. – Как зовут отца? – повернулся он к нервно кусающему губы Кроне.

– А? – встрепенулся тот. – Николай Алексеевич, – тихо добавил он и снова принялся кусать губы.

– Ну что, Николай Алексеевич, – улыбнулся Костя старику, – показывайте, где болит.

Тот показал на грудь.

– Прижало, сил нет, – добавил он, морщась от боли.

– Пьете-курите?

– Когда-то, – тяжело выдохнул тот, – сейчас уже нет.

– Ну что там? – нетерпеливо встрял Кроня.

– Ложитесь-ка на бок, – сказал Костя старику, проигнорировав Кронину реплику.

Николай Алексеевич с трудом повернулся на бок. Костя положил ладонь левой руки тому на спину, нащупывая очаг боли, а затем стал постукивать пальцем правой руки по ладони левой.

– Здесь больно?

Старик замотал головой.

– А здесь?

– Да… вот здесь.

– А когда началось?

– Да вот вчера, – Николай Алексеевич говорил отрывисто, как будто что-то давило ему на грудь. – Думал, перетерплю, да прямо мочи нет.

– Тошнило?

– Да… немного.

– Что ели?

– Да не помню. Курицу жареную вроде.

– Это зря, конечно. Пили?

– Да куда ему пить? – снова встрял Кроня. – И так весь больной.

– А какие таблетки принимали?

– Ну там, ношпу… уголь ел.

Старик посмотрел на Кроню в поисках подсказки, но тот только озабоченно кивал головой.

– Не помогло? – обратился Костя сразу к обоим.

Сын и отец замотали головами, словно спортсмены в синхронном плавании.

– Я, конечно, уже ни хрена не помню, – сказал Костя, – да и что у нас там было? Общий курс, первая помощь, но… смахивает на панкреатит. Надо «скорую» вызывать. С этим шутить не надо, дней пять потерпит, а потом может быть поздно.