Поколебавшись, Андрей собрался с силами и подошел поближе. Шагая к своему брату, он читал имена на доске: огненный мандрил, призрачный медведь, эдемский бобер, нефритовый сокол, ледовой хеллион, стальная гадюка, сфинкс-рэптор, снежный ворон, сурат, буревестник, милан-химера, койот, росомаха, волк, кобальтовый богомол… Казалось, список составлен без малейшего смысла – калейдоскоп названий животных, обитающих на мирах Пентагона и в скоплении Керенского. Большинство из них Андрей знал, однако некоторые из тех, что бросились в глаза, были ему совершенно незнакомы: пещерный ползун-баррок? Дух крови? И последнее, что написал Николай – дымчатый ягуар?

– Что, ради всего…? – после нескольких часов вынужденного молчания голос Андрея звучал хрипловато.

Николай повернулся и уставился на брата ледяным взглядом, хотя слегка приподнятые уголки губ придавали его лицу гневное выражение.

Но, может быть, ты всегда гневен или, как минимум, раздражен. Я прав? Ты раздражен тем, что другие не знают, что знаешь ты, не понимают того, что ты видишь… как я? Андрей задрожав, представив себе две стороны монеты: он сам – одна, Николай – другая. Навеки рядом, но навсегда разделены.

– Так, кое-что, над чем я работаю.

Андрей повернулся и вновь стал изучать бесконечный список с названиями животных, радуясь шансу избежать взгляда Николая.

– Ты что, решил построить зоопарк? – Он поднял руку и указал на одно из зачеркнутых на званий, – А что, сфинкс-рэптор недостаточно хорош для твоего зоопарка? С другой стороны, не представляю себе, как бы ты держал его в клетке, да и мамаши-посетительницы не будут особо обрадованы, если он вдруг вырвется и сожрет их детишек.

Николай также повернулся к доске, никак не отреагировав на вымученную шутку Андрея.

– Ну, зоопарком я бы это не назвал. Хотя, поначалу такое впечатление может сложиться. Ну что, понравился тебе мой ручной зверек? – Николай кивком указал на последнее имя в списке и, как обычно, молниеносно сменил тему.

Не зоопарк? Но поначалу производит такое впечатление?

– Устрашающе, – ответил он, пытаясь понять мысли брата.

– Ведь правда? Генетически изменен.

– Что?! – Андрей резко обернулся, но стальные глаза Николая уже многие годы были более, чем в состоянии отразить любую атаку, которую он только мог из себя выдавить. – Я знаю, что мы уже годами модифицируем терранских животных, но чего-то, подобного этому дымчатому ягуару, я никогда не видел.

– Это от того, что он не модифицирован. Это совершенно новый вид. Мысли Андрея смешались.

– Я думал, такого вообще не бывает.

– До сих пор и не было.

– Но как тогда ты можешь… Николай поднял бровь.

– Что я могу? Изображать Господа Бога? Я не хотел говорить этого вслух.

– Андрей, мы занимаемся генетическими манипуляциями десятки лет – чтобы лучше при способить к новым планетам. Звёздный уж, волк Страны Мечты, нефритовый сокол. Мы нача ли с малого и далеко продвинулись по пути, который можно назвать «игрой в Господа Бога». Дальше, чем это когда-либо делала Звёздная Лига. Но, замочив пальцы, не говори, что не мок рый – разве не так? Даже если мокрый у тебя только один палец. Следующий шаг вполне логичен. Мы сами создаем новый вид с нуля. Синтетическая биология, если хочешь, – он пре рвался и склонил голову набок, как маленький мальчик, которого попросили рассказать о его любимой игрушке.

– Ну, кое-кто говорит, что это не настоящая синтетическая биология, потому что мы исполь зуем достаточно материала из нашего собственного, естественного генома, но мы подобрались к сути куда ближе, чем кто-либо до нас.

– Но зачем?

– Это тест.

– Тест?

– Конечно. Разве вся жизнь – не тест?

Андрей не знал, что на это ответить. Он снова подумал о монете. Мы никогда не встретимся, Никки. Никогда. Даже если нас разделяет всего лишь толщина монеты

– Значит, тест. Просто, чтобы выяснить – получится или нет? Просто так? Ты не мог приду мать лучшей причины?

Что-то шевельнулось в глазах Николая и секунду казалось, словно он хочет чем-то поделиться со своим братом, но последние слова Андрея снова закрыли дверь – прежде, чем она успела полностью открыться.

– Я никогда еще ничего не делал «просто так», – ответил он и внезапно его голос стал таким же холодным, как и его взгляд.

Андрей отвел глаза. Его уши горели от стыда, несмотря на отвращение, которое он испытывал при мысли о создании нового животного. В самом деле, не делал. Даже когда мы были детьми. Но ты играешь в Господа Бога уже со своими людьми, Никки. Теперь тебе понадобился наш геном?