торая на всем бесконечном пространстве покрытого джунглями континента просто не могла существовать.

Однако через три часа прямо по курсу показалась взлетно-посадочная полоса и одно-единственное небольшое здание внизу. А после приземления под гигантской крышей из древесных крон и толстенных лиан обнаружился целый скрытый комплекс построек. Последовал растянувшийся на два с половиной часа пеший марш сквозь джунгли, пока они не достигли этого Богом забытого местечка. Еще через час, когда солнце стало склоняться к горизонту, тени заплясали на небольшом пятачке пространства, превращая и без того темные джунгли в арену битвы ночных хищников.

Несмотря на пистолет в руке, лазерную винтовку за плечами, защитный комбинезон и отряд солдат, ожидавших поблизости, игра света и теней в той стороне, куда медленным движением указал Николай, напрягла Андрея до такой степени, что ему казалось, будто его нервы сейчас порвутся. Чесаться хотелось просто невыносимо, он несколько раз сглотнул, ощущая жару и недостаток воздуха – словно тонул в мягкой болотной жиже. То, что свобода его передвижения целиком и полностью зависела от Николая, едва не привела его к панике.

Он постарался подавить страх, сощурил глаза и уставился на одно-единственное темное пятно перед собой. Пятно, которое, как он мог поклясться, двигалось. Не что-то в темноте, а вся темнота. Он хотел списать это движение на следствие усталости глаз, однако чем дольше он всматривался, тем больше убеждался, что в той стороне нечто находилось. Бесконечная минута растянулась в пять и вдруг два светлых пятна, которые он до сих пор считал прижившимися на древесном стволе биолюминистцентными грибами, медленно мигнули. Оба молочно светящихся пятна на какой-то момент словно без всякой опоры повисли в темноте, а потом мигнули снова. Прошла еще одна длинная минута, за которую Андрей чудом удержал кашель, и наконец, но понял, что видит – когда показался черный нос и щелкающие челюсти под призрачно белыми глазами, вместе с подергивающимися усами и розовым языком.

Андрей затаил дыхание. Он боялся, что на столь коротком расстоянии красавец-хищник мог учуять его даже сквозь защитный комбинезон. Медленно, почти незаметно, зверь буквально вытек из тени, словно вытаскивая её за собой. Можно было подумать, будто темнота ожила, сформировавшись в могучие мускулы и густую шерсть огромной гибкой кошки. Серый пятнистый мех напоминал густой туман. Впечатление было настолько сильным, что Андрей даже задался вопросом, не обладало ли животное способностью подстраиваться под цвет окружающей среды. Стоило ему попасть в тень – и оно буквально исчезало.

Андрей никогда не обладал талантом определять размеры на глаз, но этот хищник показался ему настоящим гигантом – что заставило его нервничать еще больше. Он едва дышал. Он боялся, что вздохни он поглубже – и воздух вырвется из него со свистом, подобным паровозному.

В следующий момент он и в самом деле едва не завопил. Огромная кошка внезапно рванулась вперед и одним прыжком перемахнула несколько метров, заполненных поваленными деревьями и небольшим, болотистым прудом. Всей своей тяжестью она приземлилась на барашка, её челюсти сомкнулись на его голове и мгновенно почти оторвали её от тела. Рычанием, сотрясшим Андрея от головы до пят, кошка объявила о своей победе, после чего в несколько глотков сожрала свою добычу, жадно отрывая здоровенные куски мяса.

Повинуясь знаку Николая, они с величайшей осторожностью отступили. Оба брата вернулись по собственным следам к ожидавшим их солдатам, после чего отправились обратно к летному полю.

Андрей упоенно чесался. Физическое и душевное напряжение покидало его с такой скоростью, что он готов был рухнуть в обморок. Долгий, жаркий день и встреча с дикой, агрессивной местной фауной отобрали у него все силы.

Даже спустя десятилетия, чужеродность миров, колонизированных ими, удивляла его и невообразимые краски, звуки и запахи джунглей заставляли его постоянно притормаживать, так что Николай, далеко опередив его, исчез в переплетении зеленых ветвей.

Только когда ночь окончательно опустилась на землю, Андрею удалось вернуть душевное

равновесие и он ускорил шаг. Темнота скрывала окружающее, так действовавшее ему на нервы, и лишь теперь он мог нормально более-менее двигаться. Прошло совсем немного времени и яркий, холодный свет прорезал тьму, возвещая о том, что поблизости находится нечто, созданное человеком. Джунгли резко оборвались и он вышел на небольшую поляну с несколькими зданиями.

Проводник молча привел его к низкой постройке, расположенной неподалеку от большего здания, и вежливо придержал перед Андреем дверь, словно перед инвалидом, после чего, резко отдав салют, исчез. Н-да, если учесть скорость, с которой я передвигался, меня вполне можно принять за калеку.

Он прошел за дверь и очутился в небольшом помещении с единственным столом, несколькими компблоками и четырьмя стульями. Николай стоял перед большой грифельной доской, на которой были написаны сотни имен – большинство из них, впрочем, были зачеркнуты. Андрей на момент застыл, пораженный контрастом между высокотехнологичными приборами и скрипящим по доске мелом. Николай прибавил к длинному списку еще одно имя. Затем он медленно отложил мел и стал отряхивать ладони, отступив от доски на шаг.