— Это единственное внимание, которое я получаю от тебя, отец. Впрочем, как и от Эстеса. Так давайте уже начнем наносить удары.

Его отец ткнул свои пальцы ему в лицо, а ненависть блеснула в его глазах.

— Я говорил тебе, чтобы имя моего брата не вылетало из твоего грязного рта.

Его взгляд зацепился за ожерелье, которое носил Ашерон. Он затаил дыхание, так как понял, что не снял подарок Артемиды, прежде чем пойти в ее храм. Его сердце замерло, и впервые Ашерон почувствовал страх, когда отец отпустил его лицо и взял кольцо, чтобы поближе рассмотреть его.

— Что это?

Ашерон заставил себя оставаться спокойным и незаинтересованным.

— Безделушка, которую я купил.

Стикс вгляделся в кольцо через отцовское плечо.

— Это такое же кольцо, которое жрицы Артемиды носят, чтобы вызывать ее.

Его черты стали грубее.

— Ты украл его!

Отец сорвал кольцо с шеи и цепочка врезалась в кожу Ашерона, прежде чем порваться.

— Ты думаешь, богам есть хоть какое-нибудь дело до тебя?

Как правило, нет, но Артемиде было не все равно. Стикс взял кольцо и набрал ковш воды.

— Мы преподадим урок вору.

И прежде чем Ашерон смог пошевелиться, он запихнул кольцо в рот Ашерона и залил туда воды, заставив его таким образом проглотить кольцо. Слезы брызнули из глаз Ашерона, когда, кольцо, проходя по его горлу, царапало и обжигало его. Он давился им и водой, но Стикс не остановился, пока не убедился, что кольцо было полностью проглочено. Ашерон кашлял и плевался, пытаясь восстановить дыхание. Стикс схватил его за волосы.

— Шлюха обесчестил нашу любимую богиню-девственницу в ее же праздник. Я думаю, мы должны его публично кастрировать.

Глаза Ашерона вылезли из орбит от такого наказания. Его отец одобрительно засмеялся, прежде, чем срезать веревки, которые держали Ашерона.

— Думаю, это порадует Артемиду.

Ашерон попытался сбежать, но отец поймал его и прижал обратно к земле.

— Скажи, зачем ты пришел в храм, — приказал его отец. Ашерон приподнялся, пытаясь найти среди них Риссу, его отец снова прижал его, а затем перевернул так, что смог удерживать Ашерона своим предплечьем за горло.

— Объяснись, шлюха. Что заставило тебя так рисковать и идти в храм?

Рисса подбежала к Ашерону.

— Расскажи им. Ты должен.

Страх сковал его, и он покачал головой.

— Сказать нам что? — воскликнул король.

— Не надо, Рисса, — прошептал Ашерон с зажатым горлом, пытаясь освободиться от руки отца, — я умоляю тебя. Если ты хоть немного меня любишь, не предавай меня.

— Они хотят кастрировать тебя, если они узнают правду, то оставят тебя в покое.

— Мне все равно.

Рисса оттолкнула отца от него.

— Отец остановись! Он невиновен. Ашерон с Артемидой. Скажи им, Ашерон! Ради богов, скажи им правду, чтобы они прекратили эти избиения.

Отец толкнул его на землю. Затем перекатил его ногой на спину и наступил ему на горло прямо в том месте, где находился кадык.

— Какую ложь ты наговорил ей ты, червь?

Ашерон попытался оттолкнуть его ногу, но отец надавил на его дыхательное горло еще сильнее. Говорить было просто невозможно.

— Ничего, п-п-пожалуйста…

— Это богохульство.

Отец отступил и оставил Ашерона корчиться от отчаянных попыток дышать через поврежденный пищевод.

— Разденьте и оттащите его к храму Артемиды. Пускай богиня наблюдает за его наказанием, и если он действительно был с ней, то я уверен, что она придет на его защиту.

Он одарил Риссу самодовольным взглядом. Стражники двинулись вперед, но Рисса преградила им путь. Единственным способом добраться до него, было через причинение боли ей и возможно ее ребенку, которого она носит под сердцем.

— Отец, ты не можешь.

— Это не твое дело.

— Если ты причинишь зло Ашерону, то Артемида нашлет на тебя несказанные ужасы.

Отец рассмеялся.

— Ты в своем уме?

— Нет, Рисса. Пожалуйста, остановись! — умолял Ашерон, — не надо!

— Ашерон ее супруг.

Ашерон перестал дышать, когда эти слова зазвенели у него в ушах… Рисса предала его. Но в ее мире боги защищают своих любимцев. У нее не было причин подумать о том, что Артемида не придет спасать его, как это сделал бы Апполон для нее. Как плохо, что Артемида не ее брат. Закрыв глаза, он желал лишь одного — умереть. Когда Ашерон открыл глаза, то увидел очертания Артемиды в тени. Она держала его жемчужины. Смех отца смешался с хихиканьем Стикса.

— Ты супруг Артемиды?

Ашерон не смог ответить, когда увидел выражение ужаса, отпечатавшееся на лице Артемиды. Оно сменилось выражением такой ощутимой злобы, что она зазвучала внутри Ашерона. Его отец усмехнулся.