— Твой брат потрошил меня на полу, пока ты за всем этим наблюдала. И даже тогда, когда я, наконец, обрел счастье в месте, запрещенном богами, ты обманула меня и заставила выпить свою кровь, привязав этим к себе. И после этого ты считаешь, что я придираюсь. Сука, ты еще не видела, что значит придираться.

Она закрыла свои уши руками и съежилась от страха на полу. Это возымело успех, так как Ашерон перевел всю свою злость с нее на себя. В нем появилась искра жалости к ней, и именно за это он себя и ненавидел. Она не заслуживала его жалости, только его презрение.

— Я люблю тебя, Ашерон.

Он ухмыльнулся.

— Если то, что ты показывала мне и есть любовь, я бы предпочел, чтобы ты меня ненавидела и отстала от меня.

Артемида разрыдалась. Ашерон закинул голову назад и ругнулся оттого, что эти слезы подействовали на него. Почему ему не все равно? Да что, черт побери, с ним такое творилось, что ему даже хотелось успокоить ее? «Я еще более умственно отсталый, чем она». Ашерон швырнул свое барахло на пол, заставив ее плакать еще сильнее.

— Что ты от меня хочешь, Арти?

— Я хочу вернуть своего друга.

— Нет, — горько сказал он, — ты хочешь вернуть своего домашнего любимца. Я никогда не был твоим другом. Друзья не стыдятся друг друга. Они не живут в страхе перед тем, что другие люди могут увидеть их вместе.

Она посмотрела на него своими зелеными глазами, опухшими от слез.

— Я так сожалею. Я уже говорила, как бы я хотела вернуться назад и исправить все, что произошло. Но я не могу. Как бы я хотела спасти нашего племянника, быть более сдержанной с тобой. Как бы…

Она запнулась, но было уже слишком поздно. Он уже все услышал громко и отчетливо.

— Чтобы я никогда не был шлюхой. Поверь мне, то что ты чувствуешь по этому поводу лишь маленькая толика того по сравнению с моими ощущениями. Тебя никогда не унижали и не использовали. Именно мне придется жить с таким прошлым. Не тебе. Ты должна быть благодарна, что эти кошмары не преследуют тебя во сне.

— У меня хватает и своих ужасов, спасибо.

Возможно, так и было, ведь после всего, что произошло, она была тем, кому пришлось успокаивать Апполона. Она посмотрела на него.

— Еда больше не может поддерживать тебя, Ашерон. Тебе даже больше не нужно есть человеческую еду, но тебе придется питаться от меня или ты превратишься в Предвестника — разрушителя. В тебе не останется никакого сострадания к этому миру, и ты разрушишь его.

Желваки заходили у него на лице. Ашерон хотел назвать ее лгуньей, но прекрасно знал правду. Он уже чувствовал внутри себя это сильное жестокое желание. Еще и за этот "подарок" Ашерон ненавидел ее. Проклиная все на свете, он протянул ей свою руку. Артемида схватилась за нее и поднялась на ноги, попав прямо в его руки. Вначале представив, что начал резко опустошать ее горло, Ашерон лишь откинул голову и нежно укусил ее в шею. Ашерон не будет обходиться с ней грубо и жестоко, даже если она этого и заслуживает. Ашерон пообещал ей. Он мог быть вором и шлюхой, но никогда не был лжецом. Ашерон не будет причинять ей того, что пережил он с ней. Он всегда будет выше этого. Артемида вздохнула, почувствовав, как силы Ашерона окружили ее. Его кожа сменилась на голубой цвет, пока он пил. Жар от его дыхания на ее плоти разбудил в ней желание, и когда Артемида попыталась снять с него одежду, то он остановил ее.

— Я не в настроении играть со своей едой, Артемида.

Она закрыла глаза и услышала его голос у себя в голове. Насытившись, Ашерон отошел от нее. Его глаза мерцали красным, пока он вытирал кровь со своих губ.

— Мне нужно время, чтобы побыть без тебя.

Эти слова пронзили ее.

— Что ты сказал?

— Пошлешь одну из своих кори ко мне со своей кровью.

— Нет.

В этот раз он повернулся к ней со своими разгоревшимися силами. Артемида отпрянула от одного вида на его настоящую божественную форму. Он был огромный и пугающий.

— Ты сделаешь все так, как я приказываю, — заорал он на нее через клыки, — ты притащила меня назад против моей воли, и ты не будешь указывать мне, как жить в этой новой жизни. Ты меня поняла?

Она медленно кивнула, а ее сердце было снова разбито оттого, что было ею утеряно.

— Пока ты указываешь мне, что делать, ты должен знать кое-что. Когда я вернула тебя назад, Стикс тоже пришел с тобой и его переполняют еще большая ярость и ненависть, чем тебя.

Ашерон ругнулся при упоминании своего близнеца.

— Где он?

— Он на Исчезающем острове, под опекой бога, который мне задолжал. Он не может причинить никому зла. Он в хорошем месте, в котором выполняются все его желания.

— Тогда пусть там и остается. У меня нет никакого желания видеть его лицо еще когда-нибудь.

— Довольно сложно, не так ли?

Он скривил губы при упоминании.

— Не дави на меня, Арти. Я в одном шаге от пропасти и у меня не займет много сил сделать этот шаг. Поверь мне, ты не хочешь, чтобы я там оказался. А теперь прочь с глаз моих. Я никогда больше не хочу видеть тебя в моих владениях.