— Две марионетки убили одного из моих людей и двух отставных моряков… — начал рассказ Джек.

— Эти марионетки могли менять обличье, — подхватил я. — Именно они, а не Джоэль и Грай похитили наконечники.

— Как такое может быть? — прищурился Якоб Ланье, — И как определить двойника?

— Для превращения им необходимо зеркало, в которое перед тем смотрела жертва. К тому же я уверен, долго удерживать чужое обличье им не под силу, а память оригинала остается для них закрытой.

— Те, кто прикидывался моими людьми, бесовски много знали о происходящем, — вспылил опальный глава надзорной коллегии.

— У нас есть подозрения на этот счет, — встрял в разговор Рауль, — Но об этом позже.

— Как можно не допустить повторения подобной ситуации? — задумался герцог.

— Братьям-экзорцистам следует нанести охранные знаки на зеркала. Конечно, там, где в этом есть смысл.

— Этого будет достаточно?

— Полагаю, да.

— Хорошо. Что удалось выяснить по пропаже наконечников?

— У нас появилась информация, позволяющая заподозрить в организации кражи Вильяма Чесмарци, — на одном дыхании выпалил я, но, к моему немалому удивлению, никто особо потрясен этим известием не был. Точнее — никто не подал виду. Даже Якоб Ланье.

— Рассказывайте, — потребовал герцог Мор.

Ну, я и рассказал, благо публика собралась подготовленная и особо вдаваться в детали не пришлось. И тем не менее безостановочно болтать языком пришлось никак не менее четверти часа. Так что когда Рауль налил мне из стоявшего на столе кувшина воды, я был ему весьма за это признателен.

Выслушав мой рассказ, герцог Мор обвел внимательным взглядом присутствующих:

— Вопросы?

— На корабле у вас так и не выпало случая коснуться Чесмарци, чтобы выяснить, не марионетка ли он? — уточнил Ланье, задумчиво уставившись на висевшее на стене батальное полотно.

Лемское поле. Выстроенные перед битвой полки. Там чужие, здесь свои. Все просто и понятно. Не то что у нас — сам бес ногу сломит.

— Нет.

— Вам не показалось странным, что он уклоняется от физического контакта?

— Мне бы показалось странным, не будь это так. Я и сам не терплю, когда меня лапают. К тому же вовсе не факт, что он марионетка.

— Хорошо. Зачем Чесмарци понадобилось заколачивать сундук гвоздями? — Малькольм Паре поднялся из-за стола и отошел к окну. — Почему просто не передал ключ сообщникам?

— Сундук на корабль привез я, — подал голос Рауль Лу- ринга, — и до отплытия с острова Вильям не имел доступа к ключу. А на корабле изготовить дубликат у него уже не было возможности.

— Замок с секретом, вскрыть его отмычками у марионеток могло не получиться, а взломай они его, и мы сразу заподозрили бы неладное, — добавил я.

— Итак, у нас есть свидетель, — задумался Ланье, — Но вот ведь что получается: это только его слово против слова Чесмарци. Никакой суд такое доказательство во внимание не примет.

— До суда дело и не дойдет, — буркнул герцог, — но ваша точка зрения ясна. Мы не можем арестовать заместителя надзорной коллегии лишь на основании смутных подозрений и косвенных улик.

— К тому же арестовать в этом случае придется и нынешнего главу надзорной коллегии, — мягко улыбнулся Ланье, — Именно господин Премине активно занимался карьерой Чесмарци.

— Им могли манипулировать, — предположил советник короля.

— И тем не менее…

— Есть только один простой способ подтвердить или опровергнуть наши подозрения, — предложил я. — Надо проверить, марионетка Чесмарци или нет.

— И если нет? — хмыкнул Малькольм Паре. — Что, если он работает на Ланс за деньги? Или его шантажируют? А? Ты не подумал о такой возможности?

— Подумал. Но какие варианты? Начать разрабатывать окружение и связи?

— Мы не можем позволить себе терять время, — веско заявил герцог, — Если наконечники покинут Стильг, войну можно считать проигранной.

— Скажите, Себастьян… — Ланье замолчал, помассировал виски и тяжело вздохнул: — Каким образом похитители намереваются вывезти из Стильга наконечники? Мы привлекли к сотрудничеству братьев-экзорцистов, разве они не почувствуют сокрытую в металле тьму? Или есть какой-то способ нейтрализовать ее эманации?

— Есть, — заявил я. — Так что на экзорцистов особо рассчитывать не приходится.

— Тогда второй вопрос, — Казалось, мой ответ Якоба ничуть не расстроил, — Есть ли способы сокрыть святые мощи от марионетки?

— Принцип, думаю, тот же самый. Но это уже к брать- ям-экзорцистам вопрос.

— Вы собираетесь подсунуть Чесмарци какую-нибудь святую реликвию? — уставился на главу надзорной коллегии герцог Мор.

— Не какую-нибудь, — усмехнулся Рауль, — а фалангу большого пальца Опоста Зодчего, которая хранится в нашей часовне.