— Его светлость, принц Ванвельт — Черный Волк! — гулко возвестил слуга, возвращаясь.

Принц? Инвари удивленно поднял брови. В последнем томе Истории королевской династии он не встречал такого имени. А генеалогия королей Ветри не очень-то интересовала его в Академии.

Начальник гвардии, по-видимому, тоже был удивлен. Потому что отступил назад и даже поднял руку для оберегающего жеста. Но наткнулся на пытливый взгляд герцога, и стушевался.

Бряцая доспехами, в тронную залу тяжело вошел громадный человек. Инвари показалось, что пол, то есть потолок, дрожит от его шагов. Он разглядывал доспехи из вороненой стали, меховой черно-бурый плащ, огромный двуручный меч за спиной. Лицо вошедшего оставалось для него неразличимым.

Принц подошел к Адаманту и слегка наклонил голову, приветствуя его.

— Честь видеть тебя, Величайший!

В его голосе Инвари послышалась хорошо скрытая ирония.

Адамант поморщился.

Когда незнакомец поклонился, Инвари разглядел, наконец, его лицо под старинным рогатым шлемом. Этот высокий лоб, широко расставленные черные глаза и тяжелый подбородок показались ему смутно знакомыми.

— Я привел сотню конных рыцарей для твоей охоты. Для начала! — улыбнулся Ванвельт. — Мы ведь собираемся поохотиться, не так ли?

Герцог неожиданно захохотал в ответ.

— Давненько мы не охотились с тобою вместе, Волк! Ну, как? — обратился он к почтительно застывшему Рекесу, — Хватит нам ста конников, чтобы закрыть кучке разбойников выход из Змеиного лога?

— Да, Величайший. Этого более чем достаточно.

— Тем лучше. Ванвельт, я хочу взглянуть на них!

— Будет сделано, мой господин.

Ванвельт быстро ушел.

— Отправляйтесь готовить облаву! — бросил Адамант, разглядывая свои унизанные перстнями пальцы.

Но офицер не уходил, нерешительно переминаясь с ноги на ногу. Герцог поднял на него недовольный взгляд.

— В чем дело, Рекес?

— Да простит меня Величайший, но…, - офицер судорожно сглотнул.

— Ну, что, что? — Адамант поднялся и склонился над столом.

Инвари заметил уголок карты, свесившийся с него.

— У его высочества плохая репутация! — выпалил Рекес, бледнея.

— А мне-то, какое дело до его репутации? — удивился Адамант, отрывая взгляд от стола и оглядывая офицера.

Тот побледнел еще больше.

— Говорят, он что-то делает с людьми в своем замке на Черных пустошах… — прошептал Рекес. — И они перестают быть людьми, и становятся… — он судорожно сглотнул и замолчал.

Адамант подошел к нему вплотную и злобно уставился на него снизу вверх.

— Какое мне дело до того, что он делает в своих владениях! — вдруг визгливо закричал он. — Ванвельт — законопослушный гражданин! Он привел на помощь мне, своему сюзерену, сотню отборных воинов, чтобы, наконец, покончить с шайкой отбросов, хозяйничающих на дорогах через Чащу! Чего я так и не дождался от вас! Мне наплевать на то, кто и чем занимается, лишь бы МНЕ верно служили! Понятно?

Офицер неожиданно рухнул на колени. Теперь Адамант возвышался над ним, словно какое-то языческое божество, обратив к нему искаженное гневом лицо.

— Я достаточно плачу тебе и твоим людям, чтобы они принимали все, что происходит здесь, и держали язык за зубами. Ты думаешь ты — святой? Вспомни ту девочку, чьей матери ты перерезал горло прошлой ночью, и чей дом поджег! Я мог бы выдать тебя честным горожанам, и они разорвали бы тебя на кусочки! И даже если бы ты рассказал, что сделал это по моему приказу — кто бы поверил тебе? Но я не делаю этого, потому, что знаю — ты любишь убивать и этим верно служишь мне. И до тех пор, пока ты будешь молча исполнять мои приказы, я буду закрывать глаза и на это и на то, что ты делаешь с молоденькими горожанками в подвале своего дома. Ты думаешь, я не знаю этого?…

Рекес, обнимая его ноги, исступленно целовал голенище герцогского сапога.

Инвари до крови кусал губы — так велико было желание броситься туда и растерзать обоих.

Герцог брезгливо оттолкнул офицера ногой и отвернулся.

— Встань, друг мой, — неожиданно спокойно сказал он, — я не сержусь.

Тот поднялся. Инвари с изумлением заметил, что лицо Рекеса залито слезами. Да, Адамант умел выворачивать души. Даже самые черные.

— Я надеюсь, вы с Ванвельтом подружитесь. В конце концов, он тоже любит хорошеньких горожанок!.. Иди.

Рекес низко поклонился и бросился прочь, но тихий голос Адаманта остановил его на самом пороге:

— Если что-либо подобное ты услышишь из уст своих людей, что ты сделаешь для того, чтобы никто не порочил честное имя его светлости?

Рекес обернулся. Глаза его мрачно блеснули. Ни слова не говоря, он провел ребром ладони по горлу. Адамант удовлетворенно кивнул.

— Но не увлекайся!

Рекес исчез в дверях.

Адамант, усмехаясь, потирал ладони. Вдруг тень озабоченности легла на его лицо.