— Ну чего там у вас? — жадно спросила Санька уже после того, как они провели расстыковку и начали на кристаллах удаляться от «голландца». — Чего было в документах? Светит нам государственная премия или нет?

— Ты разве не знаешь, что меркантилизм убивает волшебство? — спросил Сашка с подначкой.

— Ну хватит уже, — Кассандра дернула его за волосы. — Хватит. Рассказывай, тебе же хочется.

— А мне нечего, — пожал Сашка плечами.

Сандра смерила его странноватым взглядом.

— Гляди-ка, никак взрослеешь? — пробормотала она, и больше ни слова не добавила.

Твердость характера она Сашке приписывала зря.

Что в найденных документах, Белобрысов не знал — Княгиня быстро просмотрела один за другим журналы записей, сунула в мешок и отдала Сашке. А потом быстро начала чертить прямо на мостике внушительной сложности декограмму, вписанную в круг. Руны управления она рисовала собственной кровью — четыре по ключевым углам, совершенно незнакомые, но штурман угадал (или ему показалось, что угадал) в чертеже сильно навороченный и обремененный какими-то фильтрами эфирный маяк. Княгиня пометила корабль — или рассчитывала вернуться, или для того, что бы навести кого на след.

Другое дело, что вся ситуация в целом ему начинала не нравиться — но ему совершенно не хотелось говорить об этом Сандре.

Только Катерину Балл заставила принести Малую Клятву неразглашения — по поводу того, где обнаружили «Присциллу» и что с нее сняли. Для прочих капитан ограничилась просьбой «сохранять в тайне до особого распоряжения». Это как будто провело незримую черту между вторым штурманом и остальным экипажем. Вроде так же собирались играть в кают-компании и пели, и все так же продолжала младший штурман готовить прекрасные обеды, но что-то стало другим. А может быть, это сама Катерина не хотела лезть в чужие дела, где ее никто не слушал?

На следующий день после встречи в космосе, применив свои способности, Сашка выловил Василия в трюме. Тот по обыкновению поприветствовал его пузырем и ухмылкой. Однако стоило штурману задать интересующий его вопрос, как домовой сразу посерьезнел.

— В жизни всякое бывает, — ответил Христофорыч совершенно трезвым голосом. — Я о своей доле не жалею. Ну а Княгиня знает, что я пострелять люблю.

Больше ничего он не добавил. А Белобрысов не стал спрашивать. Где может домовой научится управлять пушкой с фронтирной боевой начинкой? Там же, где менш и вампир.

Еще пару дней спустя, помогая Саньке при калибровке орудийных заклятий (рутинная обязанность, которую должны были выполнять по очереди все члены экипажа), Сашка вполголоса сказал.

— Санька, мне кажется, что-то нехорошее намечается. Чем дальше в лес…

— Тем ближе вылез! — беззаботно отозвалась та. — Ну, вот ты хотел приключений, хотел, чтобы капитан тебя уважала и любила — ты своего добился. А чего будет дальше — гадать без толку. Живи, пока живется. К смерти, небось, не опаздываем.

Ничего на Майреди особенного не было, лежала она вдали от освоенных путей, и пустовать бы ей еще забытые боги знают сколько, если бы однажды там не высадились бездоры. Или чебурашки. Или чебураторы. В общем, ксеногуманоиды (или, по версии отдельных шутников ксеномаусоиды, а то и ксено микки-маусы). Для них, в отличие от людей, на этой планетной системе свет клином сошелся: их странное чародейство и еще более странная математика породили страшнее для неподготовленного ума многокомпонентное заклинание, позволяющее делать прямой межпланетный переход. Про него точно знали одно: ритуал поиска новой планеты — чрезвычайно сложен, а число конечных точек — ограничено. Каждой новой планетой чебураторы дорожили до невероятия, что и заставило человеческие спецслужбы к ним приглядываться.

Люди — странные существа, не важно, вампиры это, оборотни или менши. Норовят подгрести под себя все, что плохо лежит, даже если им это не нужно. Короче, Майреди начали заселять и эксплуатировать. Сразу выяснилось, и что почту отправлять через нее дешевле, и самогон из местных одуванчиков особенно вкусен — нашлась масса причин.

До открытого конфликта так и не дошло: чебурашки терпели назойливое внимание людей, пускали туристов, отправляли на Землю своих ксенологов и даже религиозную миссию. Но особенно бурных контактов между цивилизациями не было: наверное, сказывалась, как ни странно, разница в росте.

Кстати, материнскую планету бездоров так и не нашли — людей туда проводить своим путем они отказались, а поиск на эфирных судах ничего не дал.

Хороший, полностью оборудованный порт на Майреди имелся. Даже не один. Эфир здесь не гудел как вокруг Земли, но и не пустовал. С Оловатью тоже не сравнить, а вот Аль-Каримский халифат Майреди уверенно обгоняла по эфирному трафику. Белобрысов привычно подергал ремень, автоматически проверил фиксаторы сидения. Смотрел он при этом все время за стекло «фонаря». Поверхность приближалась все быстрее.