Белл перебрасывал ногу с педали акселератора на тормоз и обратно, несясь по улицам с оживленным движением, резко поворачивая на перекрестках к главной улице, ведущей из города, мечтая стать волшебником, который с помощью колдовства мог бы заставить исчезнуть весь движущийся транспорт. Белл едва не врезался в грузовик, резко затормозив и чудом избежав столкновения. Он яростно крутил тяжелый обод руля, лавируя между транспортными средствами, переполнившими улицы. Остальные водители в ужасе смотрели вслед скоростной машине, когда она проносилась, обгоняя их и быстро исчезая впереди. Лошади, запряженные в кабриолеты и фургоны, пятились при звуках, которые их возницы называли дьявольским хором.

Когда они подъехали к южной границе города, движение было уже не столь интенсивным. Белл сбросил скорость на крутом повороте и выехал на главную дорогу, идущую в южном направлении параллельно железнодорожному полотну. Здесь он вздохнул с облегчением: автомобили и фургоны стали попадаться редко. Кроме того, теперь появилось достаточно места для обгона. Огромный автомобиль был невероятно чувствительным. Белл прижимал педаль акселератора всего на дюйм — и машина неслась, как ракета, по почти прямой дороге. И чем быстрее несся локомобиль, тем он был устойчивее.

Скоро дорога пошла по сельской местности и стала совсем прямой. На горизонте появлялись живописные селения и быстро оставались позади, за пыльным шлейфом автомобиля. Сан-Карлос, Менло-Парк и затем Сан-Хосе, соединенные друг с другом старой дорогой, Эль Камино Реал, которой пользовались в конце 1700-х годов странствующие монахи-францисканцы, построившие более двадцати миссий, расположенных друг от друга на расстоянии одного дня пути.

Наслаждаясь прямой, открытой дорогой с небольшим движением, Белл нажал на педаль акселератора, выжимая всю скорость, на которую был способен автомобиль. Локомобиль сейчас был в своей стихии, несясь с той же скоростью, что и в гонках на кубок Вандербилта, — первый американский автомобиль, принимавший участие в международных соревнованиях на скорость. Как скаковая лошадь, которую уже списали, но затем вернули на ипподром для участия в заездах, локомобиль несся по дороге и ревел, как бешеный слон; полые цилиндры его мощного двигателя легко и без усилия вращали огромный коленчатый вал.

Белл любил свою огромную машину. Он исключительно чутко чувствовал ее темперамент и знал все характерные особенности. Он радовался ее надежности и простоте, скорость, развиваемая большим грохочущим двигателем, опьяняла его, и он вел машину, словно одержимый, оставляя за локомобилем огромное клубящееся облако пыли.

Бронсон взглянул на Белла, одетого в короткую кожаную куртку, брюки и сапоги для верховой езды. Он был в очках, но без шлема: так он слышал звук работы двигателя. У детектива был непостижимо сосредоточенный вид. Он твердо решил уничтожить Кромвеля. Бронсону не приходилось видеть никого, столь же ожесточенного и решительного. Он отвернулся и принялся изучать карту. Затем похлопал Белла по плечу.

— Впереди развилка. Поверни налево. Дорога в глубине материка лучше, чем по побережью. В любом случае через час появится Салинас. После него Соледад.

— Что у нас со временем? — спросил Белл, не отрывая рук от руля и не глядя на часы.

— Десять минут двенадцатого! — ответил Бронсон, стараясь перекричать рев мотора. — Не зная нашей скорости, невозможно определить, сколько времени мы выиграли у поезда Кромвеля, если выиграли вообще.

Белл понимающе кивнул.

— Автомобиль не оснащен ни спидометром, ни тахометром, но, полагаю, мы развили скорость более девяноста миль в час.

Бронсон постепенно привык к встречному ветру, к проносящимся мимо с молниеносной скоростью телеграфным столбам. Но затем участок дороги стал; неровным и ухабистым, а Бронсон понял, что здесь ему придется туго: последуют удары сбоку. Одой рукой он мертвой хваткой вцепился в подлокотник сидения, а другой продолжал храбро работать топливным насосом.

Узкая дорога шла по пересеченной местности, они проехали по округ Монтерей, затем попали в город Салинас. Поля по обе стороны дороги были потрясающе красивыми, под лучами весеннего солнца они уже зазеленели. К счастью, главная дорога в городе была спокойной, всего один или два автомобиля и несколько фургонов, запряженных лошадьми, стояли вдоль тротуаров. Люди услышали громкий рев локомобиля, как только он пересек границы города. Они поворачивались и безмолвно смотрели на огромную огненно-красную машину, проносящуюся через деловой район. Но у них не было времени удовлетворить свое любопытство, так как машина уже выехала из города на открытое пространство и направилась на юг.

— Какой город следующий? — спросил Белл.

Бронсон проверил по карте.

— Соледад.

— Далеко?

— Около двадцати пяти миль. Нам придется заполнить там топливный банк, так как до следующего крупного города добрых двести миль.

Он повернулся и посмотрел на огромный цилиндрический медный бак, установленный за сиденьями.

— Какая у него емкость?

— Сорок пять галлонов.

— В Соледаде должен быть гараж, обслуживающий автомобили и сельскохозяйственную технику.

Бронсон не успел договорить, как левая шина лопнула, напоровшись на острый камень на дороге. Локомобиль проехал еще сто ярдов, виляя, прежде чем Беллу удалось остановить его.

— Вопрос времени, — безропотно сказал Белл. — Одна из неприятностей на дороге.

Он вышел из автомобиля и за три минуты установил домкрат под заднее колесо, а Бронсон вытащил одну из двух запасных шин. Белл снял колесо за десять минут. Он менял шины, которые обеспечивали головокружительную скорость, много раз с тех нор, как стал владельцем локомобиля. Белл сиял шину с колеса и бросил ее Бронсону.