Белл предупредил шерифа Парди, что сделает один выстрел в качестве сигнала, если появится бандит. Но Парди понял, что что-то происходит, только когда услышал пять выстрелов подряд — некоторые из них были приглушенными и похожими на отдаленный взрыв динамита в шахте. Он выбежал на улицу из магазина, где прятался, со страхом думая, что бандит застрелил женщину, которая, как он видел, вошла в банк.

Четыре его помощника, увидев, что он побежал в сторону банка, выскочили из своих убежищ и кинулись за ним, пятый бросился на станцию, чтобы предупредить Кертиса. Парди достал «смит-и-вессон», рассчитанный на один выстрел, взвел курок и ворвался в банк. Сначала он никого не увидел. Ирвин лежал за кабинкой кассы, Белл — за письменным столом. Но, обойдя кассу, шериф увидел агента Ван Дорна, распластавшегося на полу в луже крови. Сначала он убедился, что Ирвин мертв, и только потом вошел в офис и обнаружил Белла.

— С ним всё кончено? — спросил один из его помощников, огромный человек, похожий на медведя, с большим животом, нависающим над брюками, в подтяжках, растянутых до предела; он стоял в боевой позе с оружием наготове.

— Пуля только поцарапала ему череп, — ответил Парди. — Он жив.

— А что с женщиной?

Парди не сразу сообразил. Потом до него дошло.

— С женщиной, которая вошла в банк, перед тем как раздались выстрелы?

— Да.

— Вероятно, ее похитил бандит.

— Но мы не видели, чтобы кто-нибудь еще входил в банк, до нее или после.

Парди стоял в полном замешательстве. Потребовалось всё его воображение, чтобы он смог поверить в то, что бандитом Мясником была женщина.

— Наверное, бандит вошел через заднюю дверь.

— Не знаю, шериф, — сказал помощник, потирая подбородок. — Дверь, скорее всего, была закрыта изнутри, как всегда.

Парди кинулся к задней двери и увидел, что замок открыт. Он распахнул ее и посмотрел в оба конца аллеи, но никого не увидел.

— Черт знает что, — пробормотал он. — Она исчезла.

— Она не могла уйти далеко, — сказал помощник.

— Собрать людей! — выпалил Парди.

Он повернулся ко второму помощнику, стоявшему перед входом в банк.

— Вызови доктора Мэдисона. Скажи ему, что он должен немедленно прибыть в банк: агент Ван Дорна ранен в голову. — Парди встал на колени и быстро осмотрел Белла еще раз. — Также скажи ему: похоже, в ноге агента застряла пуля.

Помощник еще не успел выйти, как Парди уже побежал к своей лошади, привязанной к столбу перед его офисом. Совершенно невероятно, думал он, что всё складывается так плохо. Только теперь до него стало доходить, что бандит был мужчиной, переодетым женщиной, и что несчастная вдова, которую они приютили вместе с женой, была его сообщницей.

Как только они выехали за пределы Теллурида и оставили позади дорогу к шахтам Офира, расположенным южнее, Маргарет хлестнула лошадей, и они понеслись через каньон на запад, в сторону Монтроуз. За десять минут, прошедшие с тех пор, как они вышли из банка, Кромвель обдумал сложившуюся ситуацию. Он показал на просеку, ведущую к мосту через реку Сан-Мигель. Ее специально прорубила железнодорожная компания, чтобы обеспечить ремонтным бригадам доступ к путям.

— Сворачивай, — сказал Яков сестре. — Поезжай через мост и направляйся прямо к железнодорожной насыпи.

Она повернулась и посмотрела на него.

— Кажется, ты говорил, что две женщины в кабриолете не могут вызвать никаких подозрений?

— Это было раньше, пока до меня не дошло, что шериф и его помощники наблюдали за банком.

— Само собой разумеется, но какое отношение это имеет к нашему бегству?

— Разве ты не понимаешь, дорогая сестра? Я был последний, кто вошел в банк и не вышел из него. Если то, что ты сказала, правда, Парди далеко не дурак. К этому времени он уже сообразил, что к чему, и ищет нас. Но ему не придет в голову искать нас на железнодорожной насыпи. Он совершенно уверен, что мы едем по дороге.

— А если он не найдет нас, как ты думаешь, что он тогда будет делать?

— Вернется назад, полагая, что мы скрылись среда деревьев, а его полицейский отряд проехал мимо. К этому времени мы, переодетые мужчинами, будем уже в поезде, отравляющемся из Монтроуз.

Как обычно, Кромвель намного опережал своих преследователей, когда речь шла о состязании умов. Хотя он и страдал из-за того, что Белл превзошел его, устроив хорошо продуманную ловушку, по некоторое удовлетворение он чувствовал от того, что убил знаменитого агента Ван Дорна.

Как предсказывал Кромвель, шериф и его полицейский отряд неслись по дороге, с которой не было видно железнодорожных путей, и искали беглецов среди деревьев, но, не обнаружив даже признаков их, повернули обратно в Теллурид. Ехать по железнодорожным шпалам было трудно и неудобно, однако это компенсировалось сознанием, что им удалось одурачить Парди и что он останется с пустыми руками.

Белла доставили в больницу Теллурида, где его лечил городской врач. Первая пуля, выпущенная из «кольта» Кромвеля, прошла навылет через бедро, лишь слегка задев ткани. Доктор сказал, что рана заживет через месяц. Затем врач зашил рану на голове так же аккуратно, как портной чинит разорванный карман костюма.