Она права, подумалось Таддеусу. Она действительно нужна ему, хотя он никогда и предположить не мог, что когда-нибудь будет столь сильно нуждаться в женщине.

– Я подумаю о твоих словах, – спокойно проговорил он.

Леона улыбнулась. Она не ликовала, празднуя победу в этой схватке, понял Уэр, но, скорее, испытала огромное облегчение. Она действительно очень тревожится за него и переживает, опасаясь, что с ним может что-то случиться следующей ночью.

– Спокойной ночи, Леона, – ласково сказал он. – И спасибо тебе за разумные доводы.

«Разум к этому не имеет никакого отношения», – подумал он. Когда дело касалось этой женщины, он оказывался во власти какого-то наваждения, такого же сильного, как гипнотический транс.

Таддеус пересек комнату и распахнул перед Леоной дверь.

– Хочу спросить тебя еще кое о чем, прежде чем ты уйдешь, – вымолвил он, когда Леона сделала шаг к двери. – Как ты узнала этой ночью, что я в опасности?

Леона задумалась. Казалось, сначала его вопрос ее удивил, а затем растревожил.

– Не знаю, – сказала она. – Просто внезапно я поняла это.

– Это потому, что узы, связывающие нас, становятся все сильнее, – тихо промолвил Таддеус.

В ее глазах вспыхнула тревога. Однако прежде чем она затеяла с ним спор, Таддеус запечатал ей рот нежным поцелуем.

– Доброй ночи, Леона.

На следующее утро, когда Леона, Таддеус и Виктория садились завтракать, приехал детектив Спеллар. Его сразу же пригласили в столовую.

Спеллар уважительно поздоровался с Викторией, с которой явно был знаком.

– Леди Милден, – сказал он.

Тетушка Таддеуса в ответ кивнула с королевским достоинством.

– Доброе утро, детектив. А вы рано сегодня, – заметила она.

Леону их вежливые и спокойные приветствия удивили. Принимать в доме за завтраком полицейского детектива – это более чем странно.

Таддеус представил Леоне Спеллара.

– Детектив, – улыбнулась она.

Спеллар вежливо наклонил голову.

– Рад познакомиться с вами, мисс Хьюитт, – промолвил он.

– Угощайтесь, – предложил Таддеус, махнув рукой на обильно заставленный блюдами с едой сервировочный стол. – И расскажите нам, есть ли какие-нибудь новости.

– Благодарю вас, сэр, я позавтракаю с удовольствием. – Спеллар с энтузиазмом оглядел серебряные блюда с угощениями. – Я почти всю ночь не спал и буквально умираю от голода.

Леона с любопытством смотрела на него. Она еще никогда в жизни не видела сыщиков. А ее дядя Эдвард был не в восторге от того, что ему приходится иметь дело с полицейскими.

Прошлой ночью она лишь мельком видела Спеллара, когда тот открыл Таддеусу дверь и говорил с ним. Этим утром она поняла, что Спеллар среднего роста, он крепко сбит и весьма упитан, что позволяло сделать вывод, что он любит поесть. Его редеющие волосы седели. Пышные усы чуть ли не наполовину закрывали жизнерадостное лицо и отвлекали внимание от сине-зеленых глаз, в которых светился острый как бритва ум. Безукоризненно сшитые пальто и брюки скрывали недостатки пухлой фигуры.

Таддеус заметил, что она внимательно оглядывает Спеллара. Кажется, это удивило его.

– Не помню, говорил ли я, что детектив Спеллар – член общества «Аркейн», – промолвил он. – Он обладает талантом, чрезвычайно важным для его профессии: детектив может «читать» место преступления, словно книгу.

– Попрошу обратить внимание на то, – вмешался Спеллар, – что некоторые книги читать труднее, чем другие.

– Трудно ли было узнать что-то, осматривая жилище Лансинга? – поинтересовался Таддеус.

– Нет. – Спеллар принялся ловко накладывать на тарелку сосиски и яйца. – Нет никаких сомнений в том, что человек, прошлой ночью спрыгнувший с крыши и разбившийся насмерть, – это и есть Полуночный монстр.

– Что вы обнаружили? – спросила Леона.

– Сувениры, связанные с убийствами, которые он совершил, если в это можно поверить. И еще письменные свидетельства этого. – Спеллар сел за стол и взял вилку. – Этот сукин сын… – Он осекся, густо покраснев. – Прошу меня простить, леди.

Виктория нетерпеливо махнула рукой:

– Да будет вам извиняться, детектив! Продолжайте, умоляю вас. Мы все сгораем от любопытства, нам безумно интересно, к чему же привело ваше расследование.

Спеллар откашлялся.