– Это я понимаю, – кивнул Таддеус. – А расскажи мне о том, как ты жила с дядей Эдвардом.

– Неужели это так важно для твоего расследования?

– Не знаю, – признался Уэр. – Но я уже говорил тебе, что предпочитаю узнать все возможное об интересующем меня деле.

– История довольно сложная, – вздохнула Леона.

– Я слушаю.

– Дядя знал, что я унаследовала от мамы талант читать кристаллы, как мы выражаемся. Вот дядя Эдвард и предложил, чтобы мы работали вместе, а он выступал бы в качестве моего менеджера.

– Как он отнесся к тому, что клиенты неохотно обращались за консультацией к молодой женщине?

– Я ведь уже упоминала, что дядя Эдвард одно время работал актером в театре. Вот он и придумал переодеть меня в стильную вдовушку и закрыть лицо густой вуалью. После этого клиенты стали считать меня более взрослой и зрелой женщиной. К тому же им нравилась таинственная атмосфера, окружавшая меня, которая появилась благодаря костюму и вуали.

Похоже, Таддеус удивился.

– Твой дядя знал, что делает.

– Да, – улыбнулась Леона. – Переодевание оказалось настолько эффективным, что я продолжала носить костюм вдовы, даже когда повзрослела и мне было уже за двадцать.

– Дела пошли в гору? – спросил Уэр.

– Да, несколько лет все шло просто замечательно. – Она помолчала. – До тех пор, пока дядя Эдвард не увлекся идеей капиталовложений.

Таддеус слегка прищурился.

– Идеей капиталовложений? – переспросил он.

– Ты должен поверить в то, что дядя искренне верил в возможность сколотить состояние на американском Западе. Особенно его привлекало горное дело.

– Горное дело… – эхом отозвался Уэр.

Леона не поняла, что он думает обо всем этом, поэтому быстро продолжила:

– У дяди Эдварда было полно возможностей общаться с моими клиентами, ведь именно он назначал даты приема. И он стал упоминать в разговорах, что уверен в том, что капиталовложения в горные разработки на американском Западе принесут огромный доход. Потом нам стало известно, что несколько джентльменов буквально настояли на том, чтобы дядя Эдвард взял у них деньги для этого предприятия.

Губы Таддеуса скривились, а потом он усмехнулся.

– И два года назад добрый дядюшка Эдвард отплыл под парусами в Америку с несколькими сотнями тысяч фунтов, которые ему дали твои клиенты, и с тех пор ты не получала от него весточки, – проговорил он.

Леона напряженно выпрямилась.

– Я уверена, что в один прекрасный день он вернется и привезет обещанную прибыль, – заявила она.

Улыбка Таддеуса стала еще шире.

– Ты – племянница Эдварда Пайпвелла, – сказал он.

Она с гордостью вздернула вверх подбородок.

– Именно так.

Глаза Таддеуса заискрились от смеха.

– Та самая женщина, которая помогла доктору Пайпвеллу ограбить самых богатых членов общества «Аркейн», – добавил он.

– Мой дядя не воровал их денег! – с неожиданной яростью проговорила Леона. – Он предложил честную схему капиталовложений. И в том, что дела не пошли, его вины нет.

Она зря теряла время: к этому мгновению смех так и рвался из Таддеуса наружу. Он так заливисто хохотал, что Леона не могла понять, что он пытается сказать ей. Таддеус рычал от смеха, выл от него, захлебывался им.

Фог с любопытством посмотрел на него, затем склонил голову набок. Леона застыла на месте, не зная, что делать.

Дверь в библиотеку отворилась.

Таддеус с явным усилием взял себя в руки и наградил Викторию зверской улыбкой.

– Ничего важного, тетя Вики, – заверил он ее. – Мы с Леоной как раз собирались присоединиться к вам за завтраком.

– Хм! – Виктория с подозрением посмотрела на Леону, а потом ретировалась в холл. Дверь за ней захлопнулась с неодобрительным стуком.

Леона взглянула на Таддеуса.

– Я пойму, если ты не станешь рассказывать об интимной связи с племянницей доктора Пайпвелла, – сказала она сердито.

Уэр встал из-за стола, его глаза по-прежнему блестели от смеха.

– Для меня твоя связь с доктором Пайпвеллом ничего не значит, – сказал он. – Я не терял денег, участвуя в проекте твоего дяди.

Протянув руку, он поднял Леону со стула и взял ее за подбородок.

– Таддеус…

– Мне не хочется думать ни о чем, кроме как о продолжении интимной связи с вами, мисс Хьюитт, – сказал он.