— Может, познакомишь? — предложила я, беззастенчиво разглядывая ангела.

— Обойдешься!

— А где Ранд? — задала я мучавший меня вопрос.

— Остался с той стороны гор, — холодно произнес вир. — Между прочим, по твоей милости. Или глупости.

Я резко побледнела. Еще вчера мы мило бесились с добрым, отзывчивым Рандом, а теперь… Неужели он погиб? Ради меня? Из-за меня? На глаза навернулись слезы. Я перебралась поближе к Дарко, рядом с которым стояла заветная бутыль.

— Мирая, — представилась я, протягивая руку.

— Дарко, — слегка ошалело произнес он, галантно целуя протянутую руку, чем вогнал меня в краску.

— Приятно познакомиться. А кто это вас так? — задала я каверзный вопрос и, невинно хлопая глазками, указала на синяк.

Мгновенного замешательства собеседника мне хватило на то, чтобы цапнуть бутылку и сделать пару больших глотков. Напьюсь с горя, и пусть мне будет очень плохо! Примерно так же, как сейчас на душе.

— Э, не поверишь, с ведьмой подрался. Вернее, она со мной.

— Победа явно осталась за дамой, — ехидно ухмыльнулась я.

— Я женщин не бью, — почему-то смутился Дарко, — особенно хорошеньких.

— Жестокая женщина, — поддакнула я. — Разбила сердце и подбила глаз. Дай посмотрю.

Все попытки возмутиться были пресечены на корню (подзатыльником). А что?! Он же сам сказал, что девушек не бьет. Аккуратно взяв лицо ангела в свои руки, я закрыла глаза и стала колдовать. Сначала его аура активно сопротивлялась, сливаясь в сплошной черный кокон, но довольно скоро поддалась на осторожные поглаживания и приобрела свой нормальный вид. Ничего себе! Я никогда не видела ничего подобного. Аура переливалась всеми цветами радуги, переходящими друг в друга через миллионы оттенков. Такой палитре позавидовал бы любой художник! Где-то я читала про такое, только вот не могу вспомнить.

Нехотя оторвавшись от созерцания прекрасных переливов, я занялась, наконец-то делом. Минутным делом. Немного сдвинуть розовый поток, разгладить синий и готово. Я открыла глаза и осталась довольна результатом, от синяка не осталось и следа. Доброе дело сделано, а теперь можно заняться самобичеванием.

Я встала, подобрала бутыль и пошла в сторону. Не люблю страдать на людях. Или вирах. А, без разницы.

— Спасибо, — Дарко поймал мою руку и снова поцеловал.

— Мелочи, — отмахнулась я и пошла дальше.

— Ты куда это намылилась? — встрепенулся Лик.

— Напиться, топиться, убиться. Какая разница? Он погиб из-за меня, — не оборачиваясь, пробубнила я.

— Кто погиб? — невинно переспросил Дарко.

— Кто-кто, Рандарс!

— Не переживай, жив он, — радостно улыбнулся ангел. — Я сейчас вас закину до Ильпоменрика и к нему полечу. Через недельку будет как огурчик, — уверил он меня.

— Ты знал? — я спокойно повернулась к Лику.

— Да.

— Зачем ты это сделал?

— Чтобы на будущее ты знала, чем может обернуться твоя глупость для других, если на себя тебе наплевать!

— Спасибо, я учту! — я развернулась и двинулась в сторону. Меня душили злые слезы. Этот гад знал, что Ранд жив, и он знал, как мне будет больно думать обратное.

— Бутыль оставь, — раздалось сзади. — Еще мне не хватало, чтобы ты опять упилась до зеленых чертей.

— Да, забирай, — я с разворота швырнула незакрытую бутылку. Попала почему-то в Дарко, но тот лишь меланхолично отряхнулся и с укором глянул на Лика.

Я сидела на небольшом пригорке и смотрела на мерно колышущуюся травку. На душе скребли кошки, совесть со смаком доедала остатки моей бренной личности, мне было очень плохо потому, что из-за меня пострадал Ранд.

Этот вир мне искренне нравился. Несмотря на то, что я знала Ранда всего ничего, я успела к нему привязаться. Иногда в детстве, прячась в подвале от деревенских мальчишек, я мечтала о том, чтобы у меня был старший брат, который бы меня защищал, и именно таким, как Ранд, я его себе и представляла. Осознание того, что его больше нет, пудовым грузом легло мне на душу, а Серин, мерзавец, знал, что это неправда, но все равно ничего мне не сказал!

Ну, за что он так со мной?! Да, может быть, я глупая, вредная девчонка, но он же сам привязал меня к себе, как собачонку, а я не могу, не хочу и не буду ни от кого зависеть! Я буду каждый раз при малейшей возможности стараться сбежать до тех пор, пока у меня это не получится! Детская мечта о свободе никак не давала мне покоя, хотя, похоже, на ближайшие пару лет как минимум она так и останется несбыточной. Жаль, что Серин так и не понял, что Учитель был прав, и я бы сама пошла с ним по доброй воле. Тогда ничего этого не случилось бы.

Как он мог не сказать мне, что Ранд жив?! Будто бы я чурбан бесчувственный! Он почти погиб, он тяжело ранен. Я должна ему помочь! Я вернусь! Приняв это решение, я резко вскочила и… въехала макушкой в челюсть подкравшемуся сзади виру.

— Фтоб тебя! — Лик попытался рассмотреть прикушенный язык, высунув оный и скосив глаза к переносице. — Больно фе!

— Серин, прости, — я тоже потерла ушибленную голову. — Я должна вернуться!

— Вот поэтому я и пришел за тобой, чтобы ты не успела еще каких глупостей натворить. Пошли, мы отправляемся, — и вир потянул меня за руку.