— Мама, пожалуйста, — всхлипывала Синди. — Я люблю его, я хочу его; я думала, что уже ждала достаточно долго. Это был мой рождественский подарок ему — и мне самой тоже.

— Не лги, Синтия! Сегодняшняя встреча для вас — не первая. Я не настолько глупа, как ты полагаешь. Ты была с Лэнсом и до того.

— Мама, разве ты больше не любишь меня?! — громко зарыдала она. — Ты не можешь отвернуться от меня: у меня никого нет, кроме тебя и папы… Если ты разлюбишь меня, я умру! Я клянусь, этого больше не случится… Прости меня, пожалуйста, прости!..

— Я подумаю, — холодно проговорила я, закрыв за собой дверь.

Следующим утром, когда я одевалась, Синди прибежала в мою комнату, истерически крича и плача:

— Мама, пожалуйста, не позволяй Барту прогонять меня! Пока Барт был в доме, у меня никогда-никогда не было праздника. Я ненавижу его! Как я его ненавижу! Он разбил Лэнсу лицо…

Очевидно, в последнем она была права. Надо научить Барта сдерживать свой гнев. Как ужасно для такого миловидного юноши сломать нос, не говоря уже о синяках под глазами и пятнах.

Однако сразу после отъезда Лэнса с Бартом что-то случилось: он стал необыкновенно тих и спокоен. От его носа ко рту протянулись решительные складки, а он был еще слишком юн для морщин. Он не разговаривал с Синди, даже не смотрел в ее сторону. Меня он игнорировал также, будто меня здесь и не было. Он сидел тихий и торжественный, эпизодически переводя свой взгляд на меня, пробегая равнодушно взглядом по плачущей Синди. Я не помню, чтобы раньше мы когда-либо видели, что Синди плачет. Она не позволяла нам этого видеть.

Я испытала невиданные душевные муки, сотни мрачных мыслей роились в моей голове. Где найти понимание? Время разбрасывать камни, время их собирать… Но где наше время для тихих радостей и спокойствия? Разве мы не достаточно страдали?

В то же утро я решила поговорить с Синди.

— Синди, я шокирована твоим поведением. У Барта есть все права, чтобы возмущаться, и все причины на то. Хотя я, конечно, не одобряю его грубости по отношению к этому мальчику. Но я могу понять его, а не тебя. Неразборчивость не приводит ни к чему хорошему: в гостеприимно открытую дверь спальни войдет любой. Синди, ты должна обещать мне никогда этого не повторять. Когда тебе будет восемнадцать, ты станешь хозяйкой себе самой. Но до этого дня — и пока ты еще находишься под этим кровом — ты не должна устраивать здесь сексуальные игры. Ты поняла меня?

Ее голубые глаза стали еще больше, налились слезами:

— Мама, я живу не в восемнадцатом веке! Все девчонки занимаются этим! Я держалась много дольше, чем большинство девушек, и, к тому же, мне много рассказывали о тебе… и ты ведь неравнодушна к мужчинам, бегаешь за ними…

— Синди! — взорвалась я. — Не смей обсуждать мое прошлое, не смей бросать его мне в лицо! Ты не знаешь всего, что я вынесла, в то время как у тебя было счастливое детство, тебе никогда ни в чем не отказывали…

— Счастливое детство?! — горестно воскликнула она. — А ты забыла, сколько гадостей мне подстраивал Барт? Может быть, я не голодала, меня не закрывали на чердаке и не били, но у меня были собственные проблемы. Барт настолько унижал мою женскую сущность, что я теперь должна перепробовать всех мальчишек подряд, чтобы убедиться, что со мной все в порядке… иначе я просто не могу.

Мы были в спальне Синди. Я обняла ее:

— Не плачь, милая. Я понимаю, что ты должна чувствовать. Но постарайся понять, что должны чувствовать в таких случаях родители. Мы с отцом желаем тебе только счастья. Мы не хотели бы, чтобы ты страдала. Пусть же этот случай с Лэнсом послужит тебе уроком, предостережет тебя от необдуманных поступков, пока ты не начнешь рассуждать более зрело. Постарайся «продержаться» подольше, храни себя. Когда человек увлекается сексом слишком рано, он платит за это большую цену. Секс в результате может дать совсем не то, что от него ожидаешь. Так это было со мной, а я слышала, что ты собираешься сделать карьеру в кино и на сцене. В таком случае мужей и детей придется отложить на потом. У многих девушек в результате неконтролируемой страсти появляется нежелательная беременность. Будь осторожна. Не влюбляйся безоглядно, иначе тебя ждут неприятности. Наслаждайся романтической любовью без секса, и ты спасешься от горестного ощущения, что отдавала слишком много и слишком рано.

Она крепко обняла меня, ее взгляд стал мягким, мечтательным, и рассказал мне о том, что она, наконец, снова — моя дочь.

Позже мы с Синди стояли вместе внизу, наблюдая, как все засыпает белый снег, заволакивая окрестности белой пеленой, отделяя нас все больше и больше от остального мира.

— Теперь все дороги на Шарноттсвилль занесет, — задумчиво проговорила я. — Что еще хуже, Мелоди ведет себя так странно, что я опасаюсь за здоровье ее ребенка. Джори закрылся в своей комнате, будто он не желает никого видеть. Барт ходит с таким видом, будто он имеет права и на нас всех, не только на этот дом. Ах, если бы Крис был здесь… Как я ненавижу, когда он уезжает…

Я обернулась и увидела, как странно смотрит на меня Синди. Поймав мой взгляд, она вспыхнула. Я спросила, в чем дело. Она пробормотала:

— Я просто удивляюсь, как вы оба можете так долго любить друг друга, в то время как я влюбляюсь и разлюбляю так часто… Мама, ты должна мне рассказать, как сделать так, чтобы мужчина любил меня, а не мое тело… Я бы хотела, чтобы мальчишки сначала заглядывали в мои глаза, как отец смотрит в твои глаза; я бы желала, чтобы они хотя бы раз заглянули в мое лицо, потому что оно не самое уродливое, но они все заглядываются на мою фигуру, и больше ничего. Я бы так хотела, чтобы кто-то провожал меня взглядом, как Джори провожает Мелоди…